— Тем адвокатам, которых предлагал я, было отказано следственной группой Гдляна. Миртов — один из следователей группы — порекомендовал моему брату Андрея Макарова. Времени до суда оставалось мало, и я согласился. Я поверил в него при личном знакомстве. Оказалось, что он работал в МВД. Думаю, вроде бы наш брат, поможет. Макаров сделал то, что от него требовалось. Он находился под давлением и контролем. Поэтому от его адвокатского мастерства на процессе почти ничего не зависело. Наши контакты оборвались сразу после вынесения приговора 30 декабря 1987 года. Из колонии я ему послал несколько поздравительных открыток. Надеялся, что он откликнется, продолжит свои адвокатские функции. Ничего подобного. Макаров тоже был озабочен карьерой. Он участвовал в процессе, и это естественно, только как адвокат, но не как человек.
28 мая Российская армия покидает базу в Азербайджане, а оставленное в Гянджи оружие захватывают бойцы полковника Сурета Гусейнова. 4 июня правительственные войска начинают операцию «Тайфун» по разоружению мятежного полковника, которая обернулась поражением и гибелью людей. В начале сентября Гейдар Алиев прилетел в Москву, для встречи с Ельциным, позиционировав свой визит как «исправление ошибок, допущенных прежним руководством республики во взаимоотношениях с Россией». В том же месяце в Нахичевани вновь вспыхнули бои. Иранские войска в целях охраны «совместно управляемых» дамб на реке Араке и создания нескольких лагерей для азербайджанских беженцев перешли границу Азербайджана в районе Нахичевани, что вызвало резкую реакцию со стороны России. 3 октября прошли президентские выборы, победу на которых одержал Алиев, набрав 98,8 % голосов.
Банкир Александр Леонидович Мамут встретил, согласно официальной семейной версии, на улице Надежду Викторовну Лямину, которая училась с ним в школе классом младше. Будущий миллиардер признался, что «любит ее еще с детства». Оба были в браке, но развелись. А школьная любовь Мамута была замужем за своим ровесником Андреем Юрьевичем Брежневым, племянником Галины Леонидовны, внуком Леонида Ильича. Двое правнуков генсека — Леонид и Дмитрий воспитывались бизнесменом. У них появился брат Николай.
Бывший Главный военный прокурор СССР Александр Филиппович Катусев оформлен генеральным директором фирмы «Альфа-турс» для крышевания бизнесменов вместе со своим другом Владиславом Алексеевичем Ачаловым, бывшим командующим ВДВ и заместителем министра обороны СССР. Учредителем «Альфа-турс» был Георгий Седов, известный сотрудникам московского РУБОП как Гога. В том же 1993 году против Седова возбуждено уголовное дело по обвинению в мошенничестве. И в этом же году от сердечного приступа умер старший сын Катусева.
Что касается Ачалова, то, по версии Игоря Бунича, генерал претендовал на роль военного диктатора страны: «У Ачалова был собственный план, который он даже в принципе не желал согласовывать с «президентом» Руцким, которого презирал не меньше, чем Хасбулатова. План заключался в быстром захвате Кремля, Генштаба, ГРУ и государственного телевидения. Далее должен был следовать арест Руцкого и Хасбулатова, проведение через остатки Верховного Совета (или без него) закона о чрезвычайном положении с «временной» передачей ему, Ачалову, диктаторских полномочий. А далее, как ему казалось, все уже было бы делом техники. Все, вплоть до воссоздания Варшавского пакта и Берлинской стены».
1994. Конец вольной жизни «Принцессы СССР»
9 августа дочь Виктория приехала к Галине Леонидовне с психиатром. После двухнедельного запоя Галина Брежнева-Милаева чувствовала себя не очень хорошо. Плохо (после вечерних посиделок). Оформили документацию и отправили дочь генсека на так называемую «Канатчикову дачу», что с 1922 года называлась больницей имени П. П. Кащенко в честь главного врача, работавшего в больнице на протяжении четырех лет, а в тот год, когда туда привезли «принцессу СССР», учреждению вернули прежнее название — имени Н. А. Алексеева.
А потом Галина стала пациенткой психиатрической больницы № 2 имени О. Кербикова, где ее разместили в общей двенадцатиместной палате. Поскольку у знаменитой пациентки был еще и диагноз «цирроз печени», ей на кухне готовили протертые супы. Никакой икры и балыков. По праздникам — диетический омлет, и вовсе не из яиц перепелки.
Об обстоятельствах, вынудивших Викторию упрятать мать в лечебницу, внучка генсека спустя без малого 10 лет поведала спецкору Олегу Гончарову: