- Но у ионной проводимости будет еще и другое преимущество, - снисходительно продолжал Денис, - она позволит качать воду непосредственно из воздуха. Ведь, собственно, что произошло сегодня в вашем дефектоскопе? Ваш гольмиевый детектор поглощал ионы водорода и кислорода из воздуха, а на выходе соединял их друг с другом, превращал в воду.
- Довольно, Турчак, довольно!
Благов медленно поднялся на ноги, постоял напротив Дениса, глядя ему прямо в глаза. Я видел, что он порывается что-то сказать, да никак не может заставить себя. Губы у него вздрагивали, а глаза сияли. Профессор не походил на привычного нам Благова - вечно раздраженного, перемогающего свою болезнь. Сейчас он словно исцелился от всех своих недугов, стал будто выше и шире в плечах, стал воплощением .неведомого для меня торжества.
Так ничего и не сказав, профессор ткнул Дениса кулаком в плечо, повернулся и направился к дверям. Уже в дверях он оглянулся на Дениса.
- Зайди проститься, - буркнул он. - Слышишь?
Денис утвердительно мотнул головой.
Благов растворился в темноте коридора. Мы остались вдвоем с Денисом и долго молча смотрели вслед профессору. Нас окружало безмолвие спящего студенческого общежития.