— Клянёшься ли ты любить и беречь меня в горе и в радости, в болезни и в здравии, до и после банкета? — усмехнулся он.
— Да уж какое “здравие” после банкета, — тоже засмеялась Полина, но затем внезапно посерьёзнела и торжественно произнесла:
— Клянусь.
Он взял её за плечи, развернул лицом к себе, долго и внимательно вглядывался в глаза.
— Я люблю вас, Марк Александрович, — она потёрлась щекой о его ладонь.
— А я вас — больше, Полина Валерьевна, — он отвёл упавшую на её лицо прядь волос, прикоснулся к ямочке на щеке, нежно поцеловал жену в улыбку.
— Нет, я больше! — тут же, по-девчоночьи задиристо, вскинулась она.
— Нет, я!
…Они шли по осеннему Питеру, взявшись за руки, как влюблённые подростки, и всё продолжали и продолжали этот бессмысленный спор.
Самый дурацкий.
Самый глупый.
Самый нежный.
Самый важный спор в мире…
КОНЕЦ
Сентябрь — ноябрь 2019