Читаем Десять негритят полностью

Сама идея обзавестись собакой изначально принадлежала моей жене. Я очень люблю собак, с детства, но брать на себя ответственность за других, не разобравшись до конца с вопросом, а что же мне делать с самим собой, было бы непростительной роскошью.

Жена была уже тогда на седьмом месяце и я всячески боролся со своим вспыльчивым характером, стараясь ее не обижать. Тем не менее регулярно или делал, или говорил какие-то мерзости, за то что потом страшно себя казнил, и уже минут через десять ломал голову как бы все это компенсировать.

Легче всего это было если немедленно после скандала наскоро снарядить повозку и отправиться с женой в ресторан. Аппетит у нее тогда был как у братьев Кличко.

Мы вышли из ресторана и жена с радостью указала на собачий приют через дорогу - ну пойдем-ка глянем на собачек.

Должен вам признаться, что я тогда еще прибывал в наивном заблуждении будто единственным отличием между мировоззрением мужчин и женщин был способ закрывать двери в машине. Вы понимаете, о чем я?Каждый кто когда либо подвозил женщину на машине не мог не заметить этого вопиющего диссонанса.

Красивая, изящная, грациозная и воздушная женщина легко и пластично выскальзывает из машины - одно удовольствие за ней исподтишка подсматривать, и вот тут как гром среди ясного неба, дверкой со всей силы бууубуум! Стекла вздрогнули в агонии. Откуда эти разрушительные силы в столь хрупком существе?

Сначала я все пытался ей внушить- солнышко, представь будто холодильник закрываешь, нежно так, плавно, чтобы все яйца не переколшматить. Хватало раза на два. Потом приходилось напоминать. Иногда напоминая, не удавалось скрыть раздражения - и вот через полчаса или в ресторан или по магазинам - искупать грехи наши тяжкие.

А в тот день в приюте были четырехнедельные щенята. Урожденные обреченным союзом эрдельтерьера и пуделя. Беспородные, незолотые, немедалисты, но безумно обаятельные пискливые комочки шерсти. Даже у меня сердце дрогнуло, что говорить о жене в которой уже больше чем полгода вызревали материнские инстинкты.

Ах как жаль , что нет кобелька! Кобелька, конечно, лучше бы нам! С сучкой, наверное, куча проблем! Операцию надо делать? Что вы говорите! И никак нельзя без операции обойтись? Что-о-о вы говорите!

Меня сразу подняли на смех, когда я спросил не нанесет ли психологическую травму молодой собаке эта искусственно вызванная неспособность зачать.

Две толстые некрасивые ветеринарные медсестры, похожих на плоды вторяка, оставшегося в шприце после искусственного осеменения, смеялись мне в лицо несколько долгих минут. Потом, больше из вежливости, к ним присоединилась и моя жена.

Я стоял и распадался внутри на куски, как это обычно и происходит с людьми в старых шинелях, когда их неожиданно выволакивают на свет и начинают над ними смеяться.

В этот самый момент, когда я уже изготовился схватить в охапку жену и выскочить из негостеприимного приюта, одна из трех оставшихся в корзине сучечек, вдруг неловко забралась на псевдоплетенный пластмассовый бортик, и шустро ухватила меня за палец редкими острыми зубками.

И было в этом жесте столько сострадания и поддержки, столько человеческого рукопожатия, что я не колебался и секунды - сколько за эту? Да-да - вот эту.

Сейчас я понимаю, конечно же - мои руки пахли довольно сносным бифштексом, только что съеденным в ресторане, или щенок просто принял палец за мамину сиську. Но все равно идите к черту с такой жизнью, если в ней уже совсем не осталось даже тени романтики и мечты.

У нас появилась Мика. Я работал тогда по ночам, как настоящий подпольщик, а жене было не по себе ночью одной. Мика решила эту проблему. Жена ее нянькала, баюкала и укладывала спать.

Когда утром я подъезжал к дому с работы, собака безошибочно определяла звук мотора моей машины за квартал от дома, садилась у двери и, покачивая огромной головой на еще тонкой шее, неловко скребла полировку, пытаясь открыть.

Жену щенок просто осчастливил, она энергично принялась за воспитание подрастающего собачьего поколения. Соседка сказала, что это просто здорово обзавестись собакой за несколько месяцев до рождения бэйби - потренироваться, как боксер на мешке с песком перед настоящей ответственностью.

Соседка готовно повторяла и повторяла свою пламенную речь во время каждой встречи, заметив, что мы довольно эмоционально на ее слова реагируем. А я почему-то тогда все вспоминал Белку и Стрелку, которых упаковали в железный сундук и выстрелили ими из пушки в космос, или других безымянных собак, которым вкалывали шприцами разные вакцины и сыворотки до того как прописать лекарства людям.

Говоря о вакцинах и сыворотках - мы чуть ли не с первых дней испытывали давление со стороны всего прогрессивного сообщества. Люди при встрече с собакой на улице радостно улыбались, говорили какая же она симпатичная, а под конец интересовались не "выправили" ли мы ее. Надо бы скорее - пока еще маленькая, так меньше будет вероятность осложнений.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы