Читаем Десять негритят полностью

Если вы заметили - у людей во рту довольно острые зубы. Оглянитесь-ка вокруг и представьте, как люди пользуются этим даром природы. Карандаши можно точить.

Вам будет прикольно заполнить американскую анкету. Если нашли графу СЕКС - не смущайтесь и не краснейте до корней волос. Секс - это всего лишь пол. Графа национальность в американских анкетах тоже присутствует. Ну вот взять краегольные камни - что в СССР, что в США - на словах пытались сделать все, чтобы искоренить понятие национальности. А на деле - даже из анкет не убрали. Наоборот. В Америке, несмотря на всю философию melting pot - плавильного тигля, где металлы превращаются в равномерный сплав, не только не отменили пятую совковую графу, а еще пошли дальше - ввели градации по расам. Вот в некоторых анкетах я такое замечал. Вы белый? А если белый, то укажите - не латинос ли случайно. Потому что латинос, то друзья мои это не совсем даже и ни белый, нехуй задирать нос-то! Я думаю они еще введут социальные подразделы для белых. Белый, просто белый и белый, белый мусор. Как в анекдоте - а я лось, просто лось. Эх разбить бы вам голову вашими краеугольными камнями! Одному учите детей в школе, совсем о другом трепитесь прикрыв дверь на свой "интеллигентской" кухне.

А я - белый мусор. Стараюсь жить, так же как и говорю. Выходит невероятно коряво. Несколько дней назад я обменял таблетки с морфием, которые выписали жене после операции, на детскую смесь для дочки. Белые люди никогда так не поступают.

Вчера мне удалось пробить бесплатные купоны на детскую смесь. Для бедных. Вот я и позволил себе присесть тут с тетрадочкой. Полюбуйтесь на меня дорогого, люди добрыя! Как же низко опустилси! Вынужден вам с ужасом признать - падать в бездну нищеты можно бесконечно долго. Похоже, у нее просто нет дна.

Сегодня я проделал еще одно характерное для белого мусора действо: отправил жену в Армию Спасения. Там должны были совершенно бесплатно дать кроватку и одноразовые пеленки.

Идею с Армией спасения подбросила сотрудница с работы жены - Моник. Моник - черная. Она прикатила на старом черном Шеви Тахо - негритянской машине. Старые черные Шеви Тахо жрут бензин ведрами. Это делает их чрезвычайно доступными для черных людей за чертой.

Жену недавно прооперировали и теперь ей нельзя поднимать тяжести. А Армию Спасения требовалось предъявить ребенка.

Я подхватил новенькую автомобильную люльку (снова спасибо тебе, май компьютер) и поволок дочку в зев Шеви Тахо. Кто бы мог подумать какие тяжелые эти чертовы люльки!

Дочка родилась на пару недель раньше срока, роды длились бесконечные трое суток, поэтому мы сейчас над ней трясемся. Открыв дверцу, я наткнулся на четыре пары глаз откровенно малюсеньких негритят. Опустив люльку на сидение кишащее негритятами, я испытал ужас и инстинктивно шагнул назад, как герой культового фильма "Змеелов на самолете".

Да все будет тип-топ! -

Моник улыбнулась мне шикарной жемчужной молнией, заставив автоматически зарегистрировать все ее внешние половые признаки. То ли оные признаки, то ли ее милая улыбка сбили меня с толку, и я помахал машине вслед рукой, как седеющий аутист.

Вернувшись домой я стал мыть пол с хлоркой. Я сейчас это часто проделываю. Скоро должна припереться с инспекцией медсестра из роддома. Я ее боюсь, как и любых других представителей власти, способных изменить мою судьбу против моего желания.

Кроме того, ручное мытье полов помогает меньше думать о самоубийстве. Я видите ли полгода проторчал на синтетическом героине. Моя глупая самоуверенность. Научился заигрывать и слазить с героина натурального без особых потерь для производства ВВП. Поэтому хладнокровно влупил по синтетическому.

Как удобно сказать по-английски: "I graduated from heroin". Как это скажешь по русски? Типа "из героина я уже вырос"? Да из героина вырос - могу оттянуться и по взрослому, по гагарински.

Кто бы мог подумать, что новый уровень игры сложнее раз в тысячу.

Чтобы с него сползти мне понадобилось шесть странных месяцев, которые прошли как один день. За это время я успел потерять работу в Кацман Электроникс энд хардвэр, и продать большую часть личного движимого имущества.

Понятно я не прав, но все равно не могу представить, как например я, будучи миллионером уровня этого кацманавта, выгнал бы с работы человека, у которого жена на восьмом месяце. Повода почти не было - под дозой я пахал как двужильный и даже успевал писать. Именно это стимуляция и соблазнила по началу.

Я вставал в пять утра и как заведенный писал до семи. Писал, будто ходил на работу. Не надо было настраиваться, варить кофе и ждать вдохновения. Вдохнул полоску и пока умываешь лицо - вдохновение уже тут как тут. Строчишь так, что гляди, как бы клавиатура не полетела во все стороны как рыбья чешуя со стола суши шефа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы