Читаем Десять негритят полностью

Я теперь белый мусор, мама. К колечку, я еще и выпотрошил маленькую копилку сына. Он собирал на поездку в аквапарк.

***

В СССР, где я родился не делили мир на черных и белых. Это правда, так что не все было так уж плохо при власти "комми". Правда в коммунизм сами советские комики уже не верили, а гонялись почем зря за югославскими туфлями и чешскими стенками, но негров в особую категорию никогда не выделяли.

Поколениями под винегрет из эмалированного тазика смотрели черно-белое кино "Цирк", где белокурая бестия Любовь Орлова поет колыбельную смешному чернорожему малышу.

Что такое бытовой расизм и вообще, "как стать расистом для чайников", я постиг уже приехав в Америцу. Это часть процесса натурализации - если пользовать американский бюрократический язык.

Хотя, может чуть раньше. Когда СРСР накрылся медным тазом и в наш советский русский Ташкент хлынули аляповато экипированные кишлачные узбеки. Мы оказали пришельцам сопротивление. Но вскоре Москова указала, что и мы тоже вроде как узбеки и не хер выйобываться. Так выгоднее для конъюнктуры. Так хочет Родина. А для русского родина это что-то постоянно требующее сакральных жертв.

Мы немного растерялись, но быстро опомнились и стали паковать чемодан -вокзал - куда повезет воткнуться. Обидно до сих пор, что нам, русским из республик СРСР нужно проходить через совершенно одинаковые препоны, что в США, что в родной России будто я пасынок, суррогатный невостребованный великой страной сын лейтенанта Шмидта.

***

Итак, господа присяжные заседатели, настоящую разницу между белым и черным цветом, я все же понял в Америке.

Черные живут только в больших городах. В массе своей компактно, ближе к центру. Там и вам ночлежки и бесплатный суп. А утром, когда в даунтаун приходят временщики - шикарные клерки и офисный планктон, в урнах у старбакса может допить ароматный кофе, привезенный в США со всех сторон света. Негры называют свои кварталы hood. Но правильное название - гетто. Гетто.

В гетто заправляет грязь, раздрай и отсутствие великой белой культуры, где мусор принято кидать точно в урну, траву газона регулярно подкашивать, а покосившийся забор немедленно ремонтировать и часто красить.

Наркотики, оружие, насилие и нищета - это вакуоли и хромосомы гетто. Это нутро. А снаружи - совершенно безумные прически вокруг да около стилей афро и дред.

Из причесок торчат гребни и, иной раз - электрические зубные щетки. Женщины в большинстве своем имеют короткие редкие черные завитки, более подходящие для паха и подмышек, чем для головы. Но они нашли выход - тонны самых разнообразных париков, целые спецмагазины париков, клея и масел. В белых районах нет магазинов париков, зато в черных!

Афробабы с примесью белой крови и более длинными волосами мажут волосню маслом для блеска. Чистокровные афробабы с редкими короткими кустиками, как верблюжья колючка в пустыне, сажают свои парики на специальный двухнедельный суперклей. Как они при этом купаются и моют ли голову вообще, для меня пока загадка.

Из-за этих бесконечных париков споткнуться в гетто о чей то жуткий скальп, валяющийся на загаженной парковке вполне нормальная вещь.

Улицы заброшенных домов. Эбэндо. Покинутые гнезда. Пародия на счастье. Requiem for a dream.Банк прогнал жильцов за неуплату, но те кто может платить вряд-ли захотят переехать в гетто, хотя здесь можно купить огромный дом тысяч за пять долларов. Честное слово на днях за девять тысяч видел трехэтажный прибыльный дом с тремя загаженными подъездами. Купить такой и сдавать - не ходить на работу больше никогда в жизни. Писать в старбаксе по утрам и спонсировать детский дом на Украине. Просто заселять такой надо солдатами прошедшими Афган, Айрак и Имарат Чеченистан, при чем заселять сразу с оружием и лицензией на отсрел.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы