Читаем Десятый лицей полностью

– Знаешь, если ты хочешь, то тебе действительно лучше перевестись, потому что, судя по твоим рассказам, у вас и вправду ужасный класс. – Ответили девушки, переглянувшись. Максимум, что они могли сделать сейчас, это успокоить пятиклассницу.

Через несколько дней Лика заболела. Это была её первая болезнь в роли взрослой, какой она себя уже считала. Теперь она сидела дома одна, следовательно, могла позволить себе делать всё что хотела. А хотела она весь день смотреть сериалы выпуска две тысячи седьмого года, которые бесконечно крутили по телевизору, и есть плавленый в микроволновке сыр. Она совершенно не скучала по лицею, но выбора не было – выздоровев меньше, чем за неделю, она вынуждена была продолжить посещать это место.

Вернувшись в школу после болезни, в начале декабря, Лика обнаружила, что двенадцать человек из двадцати пяти заболели ОРВИ и только Соня Фишкина ангиной. Здоровые ученики пятого «Г» понадеялись, что их закроют на карантин, но, услышав, что «А» класс продолжал занятия в составе шести человек из двадцати семи, разочаровались.

– Юля сегодня не придёт, она заболела вместе с Марусей. – Сказала Наталья Владимировна. – Вот хорошо им там – болеют вместе!

Никто не знал, почему Юля тогда переехала к Марусе. Она никогда не пропускала школу, ни по каким причинам, и папа никогда не водил её к врачу. И вдруг она так заболела! Все подвергли сомнению этот факт. Одноклассники стали думать, что Юля притворяется больной, чтобы не ходить в школу. Лика, как и остальные, не обратила внимания на то, что заболело много детей, и даже некоторые учителя, поэтому Юля тоже вполне могла заболеть. Всем было хорошо в составе тринадцати человек, и все были согласны оставить всё как есть, то есть сократить количество детей в классе.

Юля написала бывшей лучшей подруге сообщение: «Лик, почему вы все считаете, что я симулянтка? Ответь, пожалуйста!»

«Вот уж не знаю, как она об этом узнала, но лучше пусть спрашивает у тех, от кого узнала», – подумала девочка и не стала отвечать.

– Я говорила с Марусей по телефону вчера. – Рассказывала Настя. – Она сказала, что Юля считает, что это мы с тобой распускаем слух, что она не болеет, а притворяется. И что, если мы не прекратим над ней смеяться, Заборина расскажет всё Наталье Владимировне и школьному психологу.

– А я всё гадала, помог ли кому-нибудь школьный психолог. – Ответила Лика.

Информация дошла до родителей, и однажды перед учёбой мама мягко попросила:

– Лика, пожалуйста, не трогай Юлю.

– Я не могу, даже если бы хотела, Юля же дома у Маруси. И никаких слухов я не распускала, мама.

Именно в тот день отличница выздоровела и пришла в школу, но, как и обещала маме, Лика не лезла к Юле.

– Анжелика, Вы не писали лабораторную работу по биологии. – Сказала Наталья Владимировна. Она часто называла ученицу полным именем и иногда обращалась на «Вы». По её мнению, такой трюк помогал пятиклассникам осознать, что они уже взрослые.

– Да, я знаю. Меня просто не было – я болела.

– Хорошо, но нужно её написать. В старшей школе «меня не было» – не отговорка.

Написать работу было несложно, но учительница не называла точного дня и времени, когда это можно или нужно было сделать. Это раздражало Лику. Будучи одиннадцатилетним ребёнком, она не признавала важность этой работы для себя лично.

– Лика, я поставлю тебе двойку. – Сказала учительница биологии через несколько дней.

– Почему?

– Сколько я тебя ни звала писать лабораторную работу, ты не приходишь.

– Ну, Вы же не сказали, когда и во сколько прийти.

– Ну, ты бы подошла после уроков!

– Ладно, давайте завтра.

– Давай.

Задание было крайне скучным, но его пришлось выполнить. Суть заключалась в том, чтобы найти нужную информацию в учебнике, переписать её в тетрадь и сделать рисунок. Так проходили все лабораторные работы по биологии, потому что в лицее не было практически никакого оборудования для них.

Лика даже на вопрос репетитора по английскому о том, что она ненавидела больше всего, ответила: биологию. В уроках Натальи Владимировны не было ничего, что могло бы её заинтересовать, поэтому она постоянно отвлекалась, ничего не запоминала и не выполняла домашние задания. Двойками её было не запугать.

Глава 5

Толик Лужанов был невысокого роста пятиклассником. По внешности сразу можно было определить характер – разговорчивый и шаловливый, но родители, отец – директор городской филармонии, а мать – гастроэнтеролог с многолетним стажем, спускали ему с рук все проступки, потому что он был поздним и единственным ребёнком в семье.

В конце второй учебной четверти по дороге в школу Толик встретил Соню Фишкину и Риту Елисееву, только направлялись они в другую сторону. Придя в лицей, он рассказал одноклассникам и Наталье Владимировне об этой встрече и добавил, что девочки не придут.

– Они идут гулять по городу!

Наталья Владимировна сразу же позвонила девочкам, но Соня на вопрос «где вы?» ответила: «Это не Ваше дело!», и повесила трубку.

Перейти на страницу:

Похожие книги

99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее

Все мы в разной степени что-то знаем об искусстве, что-то слышали, что-то случайно заметили, а в чем-то глубоко убеждены с самого детства. Когда мы приходим в музей, то посредником между нами и искусством становится экскурсовод. Именно он может ответить здесь и сейчас на интересующий нас вопрос. Но иногда по той или иной причине ему не удается это сделать, да и не всегда мы решаемся о чем-то спросить.Алина Никонова – искусствовед и блогер – отвечает на вопросы, которые вы не решались задать:– почему Пикассо писал такие странные картины и что в них гениального?– как отличить хорошую картину от плохой?– сколько стоит все то, что находится в музеях?– есть ли в древнеегипетском искусстве что-то мистическое?– почему некоторые картины подвергаются нападению сумасшедших?– как понимать картины Сальвадора Дали, если они такие необычные?

Алина Викторовна Никонова , Алина Никонова

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография