внезапно сэра джеффри извлеклоиз памяти на полотне ван дейкакогда на узкой просеке в стекломне угодила дикая индейкакак он серьезен в назиданье имнарядной королеве с обезьянкойи сразу лязг о мертвое живымпернатой металлической изнанкойс достоинством как древний дорифорно карликовая порода лордакак странно что живое до сих поро мертвое здесь может бить так твердоон в этом утлом теле был не труссплав мужества в смешную форму вылитв меня чей ужас в горле заскорузно голова рифмует мир навылетон из словесной паники возниккак внутренний эпиграф для балансаиндейка галсом прянула в тростникна бреющем а я еще боялсякто лилипут на свете и за чтогалерных четверть века и забвеньедомой покуда солнце не зашлои южная дакота не в затменьевесь капитанский чин и гордый умконтрастом страху мнимая картинана просеке где рифма наобумявь с живописью сводит воединовыуживая жившему рабомнаружу непосильные желаньязато ни трещины на ветровомстекле и ровный клекот зажиганьяв грязи разодранная перевязьгерба и меркнет преданное блогувсе твердое живое становясьв кювете мягким мертвым понемногу
«биаррица и ниццы…»
биаррица и ниццыупромыслить не чаял дарыно порой проводницына дистанции были добрыможно быстрым наброскомрассказать обнажая приемо себе и сопровскомкак мы в питер катались вдвоемугодишь в бологоепо дороге на горе оновсюду недорогоеугрожает изжогой виноно наутро на невскомзабивать в беломор анашусверить сумерки не с кемлучше все-таки сам опишуа еще как на бис тыперед свиньями в рифму алкалразбитные гебистыподливали нам пива в бокалвсюду литературамир велик да держава однаэта родина дураза кого нас держала онани глотка не осталоськроме нежности или стыдаэта станция старостьдоезжает не каждый сюдана разрезанном фоторасставания схема простасловно лошади клодтас двух сторон у пустого моста
«уроженец ноябрьских широт…»
уроженец ноябрьских широтне имеет запасовтам червяк в натюрморте живета в ландшафте саврасовплюнуть в грязь и раздуть парусана смоленом баркасепусть умеренная полосаэкономит на квасетолько памяти с голень длинойотпилить и не больноне бывает страны под лунойчтоб любить подневольнонеподвластна валдайской вознеиз-за моря незримажизнь огромная словно во снесловно правда без гримаза пределом где воздух не мглистгде дождю не ужитьсяи ноябрьский обугленный листна ветру не кружится