Читаем ДНЕВНИК АЛИСЫ полностью

Мой милый, добрый, все понимающий Дневник, да, именно этим я и стану заниматься! Всю оставшуюся жизнь я буду помогать людям, похожим на меня! Мне так хорошо, и я так рада! Наконец-то я поняла, чем хочу заниматься в жизни. Bay! С наркотиками тоже покончено. Тяжелые я пробовала только пару раз, и мне они не понравились. Никакие. Ни бодрящие, ни убивающие. Все, с этим бардаком покончено. Абсолютно и навсегда, точно.


Позже


Только что прочитала все, что написала за последние несколько недель. Я захлебываюсь в собственных слезах, удушающих, переполняющих, неиссякаемых потоках. Это все неправда! Горькая, злобная клевета! Я никогда не смогла бы написать такого! Я не могла такого делать! Это был кто-то другой! Это должен быть кто-то другой! Должен! В моем дневнике писал какой-то злобный, глупый дегенерат, укравший мою жизнь. Да, именно так! Но сейчас, когда пишу это, я знаю, что лгу еще страшнее! Или нет? Я сошла с ума? Может, это был просто ночной кошмар, а мне кажется, что все происходило на самом деле? Похоже, у меня в голове все смешалось, что было и чего не было. Это все не может быть правдой. Наверное, я сумасшедшая.

Я рыдала, пока не выплакала все слезы, называла себя тупой дурой, злобной неудачницей, жалким, ничтожным, бесполезным, презренным, мрачным, ни на что не годным, истрепанным, убогим, опустившимся существом, но это больше не помогает. Осталось два выхода: покончить с собой-либо исправить свою жизнь, помогая другим. Я должна избрать последнее, потому что не могу больше причинять страдания и навлекать позор на свою семью. Мне больше нечего сказать, кроме того, что я люблю тебя, мой милый Дневник, я люблю жизнь и люблю Бога. Правда. Честное слово.

ДНЕВНИК НОМЕР ДВА

6 апреля


Прекрасная пора, чтобы начать новый дневник и новую жизнь. Весна. Я снова дома со своей семьей. Скоро приедут дедушка с бабушкой, чтобы вновь воссоединиться со своей блудной внучкой. Тим и Александра ведут себя как обычно, это здорово! Не помню, кто это написал: «Господь в Небесах, и с миром все в порядке», но именно так я себя чувствую.

Тот, кто когда-нибудь отчаянно хотел вернуться домой, знает, какое это блаженство – оказаться в собственной постели. Моя подушка! Моя кровать! Мое старое серебряное зеркальце! Все эти вещи кажутся такими постоянными, такими старыми и новыми одновременно. Интересно, смогу ли я когда-нибудь почувствовать себя заново родившейся. Или всю оставшуюся жизнь я буду чувствовать себя ходячей болезнью???

Когда-нибудь я пойду работать в консультационный центр, чтобы убедить ребят, что употребление наркотиков не стоит всего связанного с этим дерьма. Конечно, все эти три-пы – это здорово и прикольно, не буду врать, что это не так. Но оно того не стоит! Каждый день всю свою оставшуюся жизнь я буду бояться, что сорвусь и стану кем-то, кем я быть не хочу. Каждый день своей жизни мне придется сражаться, и, надеюсь, Бог не оставит меня. Надеюсь, своим возвращением я не разрушила жизнь своих домочадцев. Надеюсь, Тиму и Алекс не было бы лучше, если бы меня не было рядом.


7 апреля


Сегодня мы с Тимом долго гуляли в парке. Я честно ему рассказывала о наркотиках, в конце концов, ему уже тринадцать, и он знает ребят, которые в школе курят траву. Конечно, я не рассказывала ему о своем прошлом. Мы говорили о разных важных вещах: о религии и Боге, о наших родителях, о будущем, о войне – ну, о всяких вещах, о которых говорят ребята под кайфом. Это было иначе, и это было здорово. Тим такой чистый, скромный и честный. Я рада, что у меня такой брат. Я горжусь, что у меня такой брат! Я благодарна ему за то, что он согласился гулять со мной. Ему, должно быть, неловко от того, что я его сестра, все ведь знают, что меня арестовывали и что потом я убежала. Наладится ли когда-нибудь моя жизнь? Мы с Тимом неплохо общаемся, и он сказал, что ему довольно легко удается сглаживать разногласия с родителями. Он очень терпимо относится к их родительской позиции и старается смотреть на вещи с их точки зрения. Тим особенный человек. Интересно, насколько я виновата в том, что ему пришлось так повзрослеть? Ведь он наверняка многое передумал, пока меня не было, и родители сходили с ума от волнения и страха. Черт, какой я была идиоткой!


8 апреля


Сегодня приезжают дедушка с бабушкой. Мы поехали их встречать в аэропорт, и я плакала, как большой ребенок. Они так постарели, и в большой степени это моя заслуга. Дедушка совсем поседел, а у бабушки на лице залегли глубокие морщины, которых не было, когда я ее видела в последний раз. Неужели прошел всего месяц? По дороге домой в машине дедушка гладил меня по спине, как когда я была маленькой, и шептал мне, что я просто должна простить себя. Он такой хороший. Я постараюсь, хотя это не так-то просто. Я должна сделать так, чтобы они снова могли гордиться мной.


Позже


Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР
Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР

Джинсы, зараженные вшами, личинки под кожей африканского гостя, портрет Мао Цзедуна, проступающий ночью на китайском ковре, свастики, скрытые в конструкции домов, жвачки с толченым стеклом — вот неполный список советских городских легенд об опасных вещах. Книга известных фольклористов и антропологов А. Архиповой (РАНХиГС, РГГУ, РЭШ) и А. Кирзюк (РАНГХиГС) — первое антропологическое и фольклористическое исследование, посвященное страхам советского человека. Многие из них нашли выражение в текстах и практиках, малопонятных нашему современнику: в 1930‐х на спичечном коробке люди выискивали профиль Троцкого, а в 1970‐е передавали слухи об отравленных американцами угощениях. В книге рассказывается, почему возникали такие страхи, как они превращались в слухи и городские легенды, как они влияли на поведение советских людей и порой порождали масштабные моральные паники. Исследование опирается на данные опросов, интервью, мемуары, дневники и архивные документы.

Александра Архипова , Анна Кирзюк

Документальная литература / Культурология
Правда о допетровской Руси
Правда о допетровской Руси

Один из главных исторических мифов Российской империи и СССР — миф о допетровской Руси. Якобы до «пришествия Петра» наша земля прозябала в кромешном мраке, дикости и невежестве: варварские обычаи, звериная жестокость, отсталость решительно во всем. Дескать, не было в Московии XVII века ни нормального управления, ни боеспособной армии, ни флота, ни просвещения, ни светской литературы, ни даже зеркал…Не верьте! Эта черная легенда вымышлена, чтобы доказать «необходимость» жесточайших петровских «реформ», разоривших и обескровивших нашу страну. На самом деле все, что приписывается Петру, было заведено на Руси задолго до этого бесноватого садиста!В своей сенсационной книге популярный историк доказывает, что XVII столетие было подлинным «золотым веком» Русского государства — гораздо более развитым, богатым, свободным, гораздо ближе к Европе, чем после проклятых петровских «реформ». Если бы не Петр-антихрист, если бы Новомосковское царство не было уничтожено кровавым извергом, мы жили бы теперь в гораздо более счастливом и справедливом мире.

Андрей Михайлович Буровский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История
Мертвый след. Последний вояж «Лузитании»
Мертвый след. Последний вояж «Лузитании»

Эрик Ларсон – американский писатель, журналист, лауреат множества премий, автор популярных исторических книг. Среди них мировые бестселлеры: "В саду чудовищ. Любовь и террор в гитлеровском Берлине", "Буря «Исаак»", "Гром небесный" и "Дьявол в белом городе" (премия Эдгара По и номинация на премию "Золотой кинжал" за лучшее произведение нон-фикшн от Ассоциации детективных писателей). "Мертвый след" (2015) – захватывающий рассказ об одном из самых трагических событий Первой мировой войны – гибели "Лузитании", роскошного океанского лайнера, совершавшего в апреле 1915 года свой 201-й рейс из Нью-Йорка в Ливерпуль. Корабль был торпедирован германской субмариной U-20 7 мая 1915 года и затонул за 18 минут в 19 км от берегов Ирландии. Погибло 1198 человек из 1959 бывших на борту.

Эрик Ларсон

Документальная литература / Документальная литература / Публицистика / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза