Читаем ДНЕВНИК АЛИСЫ полностью

Папа сказал, что я должна быть взрослой и сильной. Мы долго говорили, и я ему так благодарна за его заботу, но, я вижу, папа не понимает их мотивов. К тому же он не знает о Ричи и Лэйне и обо всем остальном. Он сказал, что со мной вся семья. Но что толку, если против меня весь мир? Это как дедушкина смерть – всем плохо из-за этого, но никто ничего не может сделать, включая и меня.


20 мая


Заставила себя снова с головой уйти в учебу, это помогает. По крайней мере, это отвлекает, сам знаешь от чего. Сегодня реальность снова напомнила о себе. Кто-то положил мне в сумочку косяк, я так испугалась. Я ушла со следующего урока и на такси приехала к папе. Не понимаю, почему они не оставят меня в покое! Зачем они устраивают такие штуки?


21 мая


Бабушка заболела, но мама считает, что это просто упадок сил. Надеюсь, что так, выглядит она ужасно. О, чуть не забыла. Папа дал мне разрешение пользоваться университетской библиотекой, сегодня ходила туда в первый раз. Это весело. Чувствовала себя заговорщицей, ведь многие ребята решили, что я студентка. Забавно, да?


22 мая


Сегодня в библиотеке познакомилась с парнем. Его зовут Джоэл Римз, он первокурсник. Мы позанимались вместе, а потом он проводил меня до папиного кабинета. Папа был занят, и мы сидели и ждали его на ступеньках перед зданием. Я решила не притворяться и сказать Джоэлу правду о себе, пусть поступает как хочет (ну, почти правду). Я сказала, что мне всего шестнадцать, а посещать библиотеку мне разрешено только из-за отца.

Он такой милый, он только рассмеялся и сказал, что все в порядке, потому что в любом случае в этом семестре он не собирался делать мне предложение. Когда вышел папа, он посидел с нами на ступеньках, и мы поболтали втроем как старые знакомые. Это было здорово! Уходя, Джоэл спросил, когда я снова буду заниматься, и я сказала, что занимаюсь все время, когда не сплю. Кажется, ему это понравилось.


23 мая


Милый папа, наверное, я должна сердиться на него, но я не сержусь! Он взял личное дело Джо-эла, прочитал и рассказал мне о нем. Не могу представить себе, как он украдкой роется в личных делах, чтобы добыть для меня информацию. В общем, Джоэл продвинутый студент, он учится в университете, хотя ему только недавно исполнилось восемнадцать. Его отец умер, а мать работает на фабрике, и сам он каждый день по семь часов работает школьным сторожем. Он работает с полуночи до семи утра, а потом по понедельникам, средам и пятницам идет на первое занятие к девяти утра. Ну и расписание!

Папа велел мне не мешать ему заниматься, и я сказала, что не буду. Но если ему захочется провожать меня каждый день (даже по субботам) из библиотеки до папиного офиса, в этом же нет ничего страшного, правда?


Вечером


Джоэл проводил меня до папы. Это было почти как свидание! Мы болтали обо всем на свете и одновременно смеялись, то и дело перебивая друг друга. (Все получилось довольно сумбурно и мило.) Джоэл сказал, что у него никогда не было времени на девушек и что он не понимает, откуда я столько о нем знаю. Я ответила, что женщины очень проницательны, вот и все. И хитрые!


25 мая


Сегодня вечером Джоэл опять проводил меня до папиного офиса, и – это была не моя идея, – папа пригласил его завтра к нам на ужин. Мама сказала, что она не против, но, я знала, она волнуется по поводу встречи с ним, потому что папа меня уже дразнил из-за него.


26 мая


Я прилетела домой из школы и помогла маме убраться в доме, будто к нам собирался пожаловать Король Мира, а еще я проверила, всё ли есть для приготовления апельсиновых рулетов, это теперь моя специальность. Не могу дождаться! Не могу!


Позже


Джоэл только что ушел, это был фантастический вечер, хотя не знаю, почему я так говорю, большую часть вечера Джоэл с папой просидели вместе. Наверное, это оттого, что его отец умер, когда ему было семь, но у них были хорошие отношения. Даже Тим слушал как зачарованный, когда они говорили, особенно когда говорили об образовательных перспективах Джозла. (Кажется, Тим начинает подумывать о колледже, уже!) Мои рулеты получились само совершенство, даже бабушка сказала, что у нее не вышло бы лучше, и Джоэл съел семь штук! Семь! А еще он сказал, что взял бы с собой на завтрак, если там что-нибудь осталось. Конечно, если бы что-то осталось, он об этом не стал бы говорить. Он очень сдержанный. Спрошу маму, можно ли мне испечь рулеты специально для него, чтобы он забрал их у папы в офисе.


29 мая


Ох, Дневник, знаешь что? Папа за ужином сообщил нам потрясающие новости! (И так небрежно.) Он собирается попытаться выбить для Джоэла стипендию. Он сказал, что почти уверен, что ему это удастся, но на это понадобится время, и чтобы я не проговорилась, пока все не решится. Надеюсь, мне удастся удержать свой большой рот на замке. В таких делах на меня нельзя особо полагаться.

P. S. В школе вроде все в порядке. Со мной никто не разговаривает, но никто и не пристает. Похоже, нельзя иметь все сразу.


1 июня


Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР
Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР

Джинсы, зараженные вшами, личинки под кожей африканского гостя, портрет Мао Цзедуна, проступающий ночью на китайском ковре, свастики, скрытые в конструкции домов, жвачки с толченым стеклом — вот неполный список советских городских легенд об опасных вещах. Книга известных фольклористов и антропологов А. Архиповой (РАНХиГС, РГГУ, РЭШ) и А. Кирзюк (РАНГХиГС) — первое антропологическое и фольклористическое исследование, посвященное страхам советского человека. Многие из них нашли выражение в текстах и практиках, малопонятных нашему современнику: в 1930‐х на спичечном коробке люди выискивали профиль Троцкого, а в 1970‐е передавали слухи об отравленных американцами угощениях. В книге рассказывается, почему возникали такие страхи, как они превращались в слухи и городские легенды, как они влияли на поведение советских людей и порой порождали масштабные моральные паники. Исследование опирается на данные опросов, интервью, мемуары, дневники и архивные документы.

Александра Архипова , Анна Кирзюк

Документальная литература / Культурология
Правда о допетровской Руси
Правда о допетровской Руси

Один из главных исторических мифов Российской империи и СССР — миф о допетровской Руси. Якобы до «пришествия Петра» наша земля прозябала в кромешном мраке, дикости и невежестве: варварские обычаи, звериная жестокость, отсталость решительно во всем. Дескать, не было в Московии XVII века ни нормального управления, ни боеспособной армии, ни флота, ни просвещения, ни светской литературы, ни даже зеркал…Не верьте! Эта черная легенда вымышлена, чтобы доказать «необходимость» жесточайших петровских «реформ», разоривших и обескровивших нашу страну. На самом деле все, что приписывается Петру, было заведено на Руси задолго до этого бесноватого садиста!В своей сенсационной книге популярный историк доказывает, что XVII столетие было подлинным «золотым веком» Русского государства — гораздо более развитым, богатым, свободным, гораздо ближе к Европе, чем после проклятых петровских «реформ». Если бы не Петр-антихрист, если бы Новомосковское царство не было уничтожено кровавым извергом, мы жили бы теперь в гораздо более счастливом и справедливом мире.

Андрей Михайлович Буровский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История
Мертвый след. Последний вояж «Лузитании»
Мертвый след. Последний вояж «Лузитании»

Эрик Ларсон – американский писатель, журналист, лауреат множества премий, автор популярных исторических книг. Среди них мировые бестселлеры: "В саду чудовищ. Любовь и террор в гитлеровском Берлине", "Буря «Исаак»", "Гром небесный" и "Дьявол в белом городе" (премия Эдгара По и номинация на премию "Золотой кинжал" за лучшее произведение нон-фикшн от Ассоциации детективных писателей). "Мертвый след" (2015) – захватывающий рассказ об одном из самых трагических событий Первой мировой войны – гибели "Лузитании", роскошного океанского лайнера, совершавшего в апреле 1915 года свой 201-й рейс из Нью-Йорка в Ливерпуль. Корабль был торпедирован германской субмариной U-20 7 мая 1915 года и затонул за 18 минут в 19 км от берегов Ирландии. Погибло 1198 человек из 1959 бывших на борту.

Эрик Ларсон

Документальная литература / Документальная литература / Публицистика / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза