– Если бы ты ему действительно была нужна, то он бы на тебе женился! – продолжает нападать брат. – Он бы поступил как порядочный мужчина и защитил бы свою женщину от сплетен у неё за спиной и унизительных насмешек.
Я не могу подобрать слова, чтобы ответить Славе, а он не снижает напора.
– Ты вообще знаешь, что когда-то, много лет назад, мать Филиппова погибла, и он обвинил в её смерти нашего отца? Полиция расследовала дело, это был несчастный случай, но ему нужно было обязательно назначить кого-то виноватым! Возможно, он рассчитывал раскрутить папу на деньги. Но у него ничего не вышло!
– Послушай, Слава, – мне очень неуютно от этого разговора, я бы с радостью его прекратила и поговорила о чём-то другом. – Мы с тобой в то время были детьми и мало что знаем и помним о той истории. Ты говоришь, что я неопытная и наивная. Да, возможно. Но мне хватает опыта понять, что отец вполне мог поджечь их дом. Мог! И не надо качать головой! Потому что ему нужно было снести его, он мешал его стройке, а мать Вадима не соглашалась. А для папы деньги всегда были превыше всего. И история с моим разводом это подтвердила.
– Зоя, не надо обобщать. Перед Орловым у папы были определённые обязательства. У них были совместные планы, которые ты нарушила. Я не одобряю папиного решения лишить тебя наследства. Но может, всё дело в том, что он узнал о твоей беременности от этого проходимца?
– Браво! – у меня начинается истерика. – Я забеременела не от того мужчины, и папа решил меня за это наказать. Ведь это он должен мне указать, от кого мне рожать детей, да? У меня нет права выбора? Орлов – подходящий бык-осеменитель? Чудовище, которое избивает женщин и насилует девочек, подходит мне и в мужья, и в отцы моему ребёнку. Конечно, папа ведь сам всю жизнь избивал маму, для него это – норма. Да, Слава?
– Зоя, что ты такое говоришь? Успокойся…
– Ты не знал, да? А я однажды даже присутствовала при этом! Так что он был вовсе не таким идеальным семьянином, каким пытался казаться. Жену бил, дочь подложил под извращенца. Вернее, даже двух дочерей! А что с его дочерьми и внуком случится, когда Орлов перепишет на себя прииск, он забыл подумать? До этого никому нет дела? Так почему папа решил, что адвокат, который спас меня от Орлова – неподходящая кандидатура на роль отца моего ребёнка? Только потому что отец когда-то из-за непомерной алчности убил его мать? Знаешь, Слава, у меня есть своё мнение и понимание, что такое хорошо и что такое плохо. И я буду рожать от того мужчины, кого лично я посчитаю достойным. Я не нуждаюсь ни в чьих указаниях со стороны.
Слава продолжает недовольно качать головой.
– Достойным? А что ты скажешь на то, что это он заказал убийство нашего папы?
Видимо, я ослышалась. Потому что это обвинение кажется абсолютным бредом. Даже если предположить, что Филиппов взялся за мой развод из мести папе, то заказать убийство он не мог, это исключено.
– Думаю, поэтому мама и не захотела с тобой сегодня разговаривать. Она очень скучает по папе и не может простить, что ты якшаешься с убийцей. Считает тебя предательницей, – заключает брат.
Он не торопится продолжать, даёт мне время переварить полученную информацию. После развода я виделась с Вадимом всего несколько раз и никаких отношений у нас не было. Значит, это выдумано, чтобы опорочить меня перед семьёй. А раз выдуманы несуществующие отношения, то и прочие обстоятельства, с большой вероятностью, имеют такую же достоверность.
– С чего ты взял, что убийство заказал Филиппов? – спрашиваю коротко. – Тоже Орлов наплёл?
Слава медлит с ответом. Я же успокаиваюсь и беру себя в руки. В начале разговора я готова была поддаться и заподозрить Вадима в корыстных мотивах. Но теперь не остаётся сомнений, что это всё намеренная дезинформация.
Орлов пытается одним махом подставить адвоката и наказать меня, поссорив с семьёй. И ему это удаётся. Сёстры смотрят волком и дразнят меня, мама избегает общения, а брат презирает.
– Да, информация от него, – признаётся Слава неохотно. – Сказал, что доказательств пока нет, но сыщики работают. Мои люди тоже копают, но пока глухо.
– Ну так если нет доказательств, то на каком основании ты обвиняешь человека? Только потому, что кто-то сплетню принёс? О презумпции невиновности не слышал?
– Типа не пойман – не вор? – морщится брат.
– Можешь трактовать, как хочешь. Я просто знаю, что Филиппов не мог этого сделать. Уверена на сто процентов. Какой у него мотив? Месть? Так почему сейчас, а не год-два-три назад? Зато у Орлова мотив налицо – папа настаивал, что прииск может перейти к нему только через ребёнка, но это слишком долго. А после папиной смерти кто будет настаивать? Ты, как я понимаю, не в курсе этой сделки. А Эльвира? Ей дай бог живой ноги от этого извращенца унести…
– Насчёт Эллы я другого мнения. Она сама кому хочешь голову откусит. Вряд ли Орлову удастся с ней легко справиться.