Читаем Доктор Сакс полностью

«Вперед!» — кричит Сакс. Я следую за ним, а он сломя голову бросается прямо в зеленую кучу мха или какой то зеленой травы, я шаром качусь за ним и выныриваю на другой стороне весь в клочьях зелени. Дальше в длинном зале, осознаю я с ужасом, стоит длинная шеренга гномов, тыча остриями копий поочередно в нас и в самих себя в некой торжественной маленькой церемонии — Доктор Сакс испускает дикое «Ха ха!», как жизнерадостный Директор Приходского Интерната, и кидается, развевая накидки, вдоль стены рядом с ними, а они улетучиваются на одну сторону от внезапного страха вместе с копьями — я кидаюсь следом. Толкнулся в стену, и она провалилась, как бумажная, будто папье-машовая ночь городов. Я протер глаза. Нас вдруг взорвало в золотую комнату, и мы побежали с воплем к лестничному пролету. Доктор Сакс схватился с заросшим мхом люком в сочащемся сером камне у нас над головами.

«Гляди!» — говорит Сакс, показывая на стену, — там будто подвальное оконце, мы видим участок снаружи Замка, освещенный какой-то масляной лампой или фальшфейером — лишь ров вдоль подвального камня — тысячи извивающихся ленточных змеек валятся сияющей массой в полутраву-полупесок погребного рва. Ужасно!

«Теперь ты знаешь, почему его знают как Змеиный Холм! — провозглашает Доктор Сакс. — Змеи пришли увидеть Царя Змей».

Он вздымает ужасающую крышку люка, роняя грязь и пыль, и мы вскарабкиваемся в непроглядную черноту. Целую минуту стоим, не видя и не говоря ничего. Жизнь действительна: тьма там, где нет света. Затем постепенно разгорается зарево. Мы стоим в песке, будто на пляже, только влажном, мелком, полном мокрых веточек, запахов, говна, — пахнет каменной кладкой, мы под землей чего-то. Доктор Сакс стучит в каменную стену на ходу. «Вон твой Граф Кондю, по ту сторону этих камней, там его чертов спальный ящик — теперь же уже ночь, должно быть, он махинирует где-то со своим мерзким крылышком». Проходим огромным под-проходом. «Вот твои темницы, там внизу, и входы в копи. Они преуспели, выкопали Змея за сто лет до срока». Как млечно мягки черносаваны Сакса! — Я держусь за них, исполненный печали и предчувствия.

Земля содрогнулась.

«Вот теперь твой вспучивающийся Сатана! — вскричал он, дребезжа и кружась. — Процессия плакальщиков в черном, сынок, посторонись-ка —» И он показал далеко вперед, вдоль прохода меж столпов, где, как мне показалось, я увидел парад черных саванов со свечами, но ничего не разглядел из-за неестественного красного марева ночи. В другое подвальное окно я краем взора заметил Кроваво-красный Мерримак, текший средь буро-красных брегов русла. Но еще пока я глядел, все дрогнуло и обратилось белым. Млечная луна первой отправила сияющую свою депешу — за нею и река стала похожа на клумбу млека и лилий, а бусины дождя как капли меда. Тьма съежилась до белизны. Предо мной, в своем белоснежном одеянье Доктор Сакс вдруг обратился ангельским святым. А затем вдруг — ангел под капюшоном в белом древе, и смотрел на меня. Я узрел водопады млека и меда, я узрел злато. Я услышал, как Они поют. Трепеща, видел я ореол пречистый. Раскрылась гигантская дверь, и у перил стояла группа мужчин пред нами в гигантской зале с пещеристыми стенами и потолком, который невозможно увидеть.

«Добро пожаловать!» — раздался клич, и старик с крючковатым носом и длинными белыми волосами женоподобно расслабился на перила, а остальные расступились, дабы явить его.

«Колдун!» — Я услышал, как слова эти с шипом стреснули с олиловевших уст Доктора Сакса, кой во всем прочем был бел. В белизне Колдун весь сиял, как злобный червь-светляк из тьмы. Белые глаза его ныне сияли, как безумные точки ярости… они были пусты, и в них бушевали вьюги. Его шея кривилась, и напрягалась, и полосовалась ужасом, черные, бурые пятна, куски мучимой мертвой плоти, тягучие вервия, ужасные —

«Эти отметины у него на шее, мальчик, — это когда Сатана пытался его обнажить в первый раз — жалкая лузгая мелюзга из ниттлингама».

«Ленный Сакс с Большим Наксом —» — произнес Колдун от парапета странно спокойным голосом. — «Значит, они все-таки избавятся от твоей старой тушки? На сей раз в ловушке?»

«Из путаницы этого лабиринта больше выходов, чем ты себе представляешь», — сплюнул в ответ Сакс, челюсти оттягивали книзу его слащавое старое лицо. Я впервые увидел выпуклый всплеск тупого сомненья в его глазах; казалось, он сглотнул. Он столкнулся лицом к лицу со своим Архиврагом.

«Все млеко под мостом сегодня ночью, и оно утекло», — сказал Колдун, — «— веди своего мальчишку, чтобы посмотрел на Игрушку».

Перейти на страницу:

Похожие книги