В большом количестве издавались на русском языке и газеты, и листовки оккупационных войск. Зачастую идеологические органы интервентов столь тесно сотрудничали с северными белыми издателями, что трудно определить точную принадлежность издания к собственно «белой» печати, либо к изданию оккупационных войск.
Таким образом, в период существования антибольшевистских правительств повсеместно велась активная издательская деятельность, направлявшаяся специальными государственными идеологическими и военно-осведомительными органами. Такие органы руководства печатным и издательским делом были организованы в составе всех «белых» правительств и в штабах всех войск. Создавалась разветвленная сеть их представительств на местах и в воинских частях. Главная цель, которую они преследовали, — это использование средств печати в организации агитационно-пропагандистской деятельности для ведения контрпропаганды, подавления идеологической работы большевиков, идеологической обработки местного населения и войск, утверждения идей «белого дела». Эти структуры имели в своем распоряжении крупные типографии, созданные, главным образом, до революции либо организованные на базе существовавших ранее. Их деятельность и в идеологическом, и в финансовом отношении поддерживалась соответствующими службами союзнических правительств в России, зачастую до тесного их слияния. Именно с помощью союзников типографии получали оборудование, бумагу, средства на издание литературы. Главной издательской продукцией их были официальные правительственные и губернские периодические издания (газеты), информационные и военно-осведомительные газеты, многочисленные и многотиражные агитационные листовки, плакаты, афиши, воззвания, объявления, приказы гражданских и военных ведомств, словом, все те виды печати, которые в тот период получили название «летучих изданий».
Наряду с такой продукцией на территориях антибольшевистских правительств велась издательская деятельность самого широкого спектра: возобновлялась либо продолжалась деятельность земских органов и учреждений, промышленных и торговых организаций и объединений, банков и кредитных товариществ, высших учебных заведений, гимназий, обществ, комитетов, комиссий, союзов и т. д. Многие из них издавали разнообразные виды изданий — от листовок до книг. Особой широтой и массовостью отличались газеты, даже приблизительное их количество сейчас назвать невозможно. Сложности военного периода приводили к тому, что оперативная печать — газеты и листовки — превалировала повсеместно. И по политической направленности, и по уровню издания, и по ориентации на определенного читателя они зеркально отражали все сложности российской жизни того периода. Далеко не все они были правительственной ориентации. На территориях белогвардейских правительств была введена предварительная цензура и приняты соответствующие постановления.
Практически во всех органах управления печатью принимали участие видные общественные, политические деятели, военные, представители научной и творческой интеллигенции, что, зачастую, обеспечивало весьма высокий уровень научности, публицистичности, художественности представленных материалов. Победы Красной армии на фронтах Гражданской войны неизбежно приводили к тому, что издательская деятельность этих структур на территориях, занимаемых большевистскими войсками, прекращалась, а лица, осуществлявшие ее, эмигрировали из Советской России, создавая основу для развития издательской деятельности русского зарубежья.
После Октябрьской революции 1917 г. началась эмиграция из России. Среднюю цифру выехавших определяют в 1,6 млн по количеству так называемых нансеновских паспортов, выдаваемых Комитетом Лиги наций, который возглавлял известный полярный исследователь Ф. Нансен. В послеоктябрьской эмиграции оказались представители всех слоев России: члены царского дома, аристократия, военные, духовенство, промышленники, помещики, рабочие, крестьяне, казаки и особенно много интеллигенции. В эмиграцию уехали или были насильно высланы ученые, литераторы, артисты, композиторы, художники.
Русское зарубежье как относительно самостоятельное культурное и политическое явление сложилось к середине 1920-х гг. Центрами его были Берлин, Париж, Прага, Харбин, Белград и София.