Читаем Доля шутки полностью

Олег Филимонов, преподававший когда-то в университете, рассказывал, что однажды ему сдавал зачет по английскому языку юрист-заочник, майор милиции. Он так боялся этого зачета, что, когда со стола преподавателя скатился на пол карандаш, майор молниеносно рухнул вниз и, протягивая его Филимонову, дрожащим голосом сказал:

— Простите, Олег Николаевич, у вас карандашик упали…

 

Телефонный звонок из Австралии. Звонит знакомый и, готовя, видимо, какой-то сюрприз, говорит следующее:

— Слушай, в воскресенье у Гарика Волка день рождения. Но он об этом еще не знает…

Моя жена одно время работала экскурсоводом и рассказывала, как лихо некоторые ее коллеги навострились выходить из трудных положений, связанных с их профессией.

Однажды некая дама вела экскурсию в историко-краеведческом музее, и ее спросили:

— Простите, а чей это портрет?

Она хоть и не знала, но тут же, ни секунды не раздумывая:

— О, это действительно загадка! Наши сотрудники как раз сейчас ведут глубокий поиск, пытаясь выяснить, кто изображен на этом портрете!..

Другой экскурсант:

— Погодите, какой поиск?.. Вот тут же написано, что это Гамарник!..

 

Она говорила о своем муже:

— Деньги на него идут, как айсберг на «Титаник», но он уворачивается. «Титаник» не смог увернуться, а он уворачивается…

Мой сокурсник Давид Ж. все годы после окончания института часто менял работу. Как-то его взял к себе другой мой сокурсник, ставший крупным начальником. Держал полгода. Потом не выдержал и сказал:

— Извини, Дод, но я вынужден тебя уволить. Ты же вообще на работу перестал ходить!

Тот:

— Ну спасибо тебе, Женя!

— Ты что, обиделся?

— Да нет, я искренне говорю спасибо. Другие больше трех месяцев меня не выдерживали, а ты — целых полгода!..

 

Литературоведческие находки моей жены:

У Гончарова в «Обрыве» фраза: «Входит сгорбленная старуха с клюкой лет пятидесяти…» У Островского в пьесе «Правда — хорошо, а счастье — лучше» в перечне действующих лиц «Мавра — свежая женщина лет за шестьдесят»…

— Что у нас делается по зиме?..

 

Приятель рассказал. Сидит он в кафе со своей дамой. Вдруг парень, сидящий за соседним столиком, оборачивается и говорит им:

— Извините, пожалуйста, у вас случайно нет патронов тридцать второго калибра?

Дама, с которой был приятель, тут же:

— К сожалению, у нас только тридцать восьмого…

Из речи местного руководителя:

— …Присвоено высокое звание заслуженного работника управления культуры…

 

Ошибка в местной газете в брежневские времена. Информация о каком-то официальном приеме: «…Присутствовали кандидаты в члены и члены Политбюро, а также член ЦК КПСС, помощник Генерального секретаря ЦК КПСС тов. Александров…» Строка «ЦК КПСС, помощник» при правке выпала.

Был жуткий, сопровождаемый кулуарным хохотом, скандал.

Рассказал Игорь Кнеллер.

В Америке. Десятилетняя дочь эмигрантов. Плохо говорит по-русски. Узнает, что ее двоюродная сестричка в Одессе поступила в университет. Спрашивает у матери:

— Мама, на какой она поступила департмент?

— На филфак.

Дочь в ужасе:

— Мама! Что ты говоришь! Неужели у них есть такой департмент?..

 

В семье грудной ребенок. Жена падает с ног — кроме ребенка, еще уборка, стирка, готовка: муж любит вкусно и много поесть. Вдруг он заявляет:

— Что-то я давно тебя не видел с книжкой!..

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адриан Моул: Годы прострации
Адриан Моул: Годы прострации

Адриан Моул возвращается! Годы идут, но время не властно над любимым героем Британии. Он все так же скрупулезно ведет дневник своей необыкновенно заурядной жизни, и все так же беды обступают его со всех сторон. Но Адриан Моул — твердый орешек, и судьбе не расколоть его ударами, сколько бы она ни старалась. Уже пятый год (после событий, описанных в предыдущем томе дневниковой саги — «Адриан Моул и оружие массового поражения») Адриан живет со своей женой Георгиной в Свинарне — экологически безупречном доме, возведенном из руин бывших свинарников. Он все так же работает в респектабельном книжном магазине и все так же осуждает своих сумасшедших родителей. А жизнь вокруг бьет ключом: борьба с глобализмом обостряется, гаджеты отвоевывают у людей жизненное пространство, вовсю бушует экономический кризис. И Адриан фиксирует течение времени в своих дневниках, которые уже стали литературной классикой. Адриан разбирается со своими женщинами и детьми, пишет великую пьесу, отважно сражается с медицинскими проблемами, заново влюбляется в любовь своего детства. Новый том «Дневников Адриана Моула» — чудесный подарок всем, кто давно полюбил этого обаятельного и нелепого героя.

Сью Таунсенд

Юмор / Юмористическая проза