Утром английская флотилия оказалась на рейде Рио-де-ла-Ачи. Дрейк остался верен себе, и с отрядом в полторы сотни солдат съехал на берег, захватив ферму по добыче жемчуга. Забрав работавших там негров и немало жемчуга, сэр Фрэнсис вернулся на борт своего флагмана. Тогда же удалось перехватить и небольшое испанское судно, где нашли вино.
Между тем на судах флотилии разразилась эпидемия тропической лихорадки. Смерти следовали одна за другой. Одним из первых ушли в мир иной недавно назначенный вице-адмиралом Йорк и еще несколько капитанов. Теперь главным занятием стали ритуалы погребения — каждый день хмурые матросы бросали с борта в воду все новых и новых умерших. Что касается пленных испанцев, то они предложили за себя неплохой выкуп, Дрейк с удовольствием торговался, кого-то отпускал, кому-то увеличивал сумму выкупа.
Город Рио-де-ла-Аче предложил откупиться от англичан за 24 тысячи, но на самом деле горожане прислали гораздо меньшую сумму. Дрейк был возмущен. Вызванному губернатору он выказал свое недовольство. Тот в ответ заявил, что больше денег у него просто нет, да и вообще он против взяток и, будь у него возможность, предпочел бы драться.
— Даю вам два часа, чтобы убраться подобру-поздорову. После этого времени я буду беспощаден! — грохнул по столу кулаком разгневанный Дрейк и выпроводил посетителя.
Тем временем генерал Баскервиль во главе нескольких судов совершил небольшой рейд вдоль берега, грабя и сжигая прибрежные деревни и фермы. Кое-какая добыча была, но явно недостаточная для аппетитов англичан.
Что касается Дрейка, то, взбешенный несговорчивостью губернатора, он велел сжечь Рио-де-ла-Аче, после чего взял курс на город Санта-Марта, который также был захвачен без всякого сопротивления. Жители его убежали в горы, а в домах их было шаром покати.
— На всем материке нет места, более богатого золотом, чем это! — твердил Дрейк как заклинание, но никакого золота никто так и не увидел.
В отместку за неудачи Дрейк велел сжечь Сан-Марту. Но и испанцы не остались в долгу.
Из воспоминаний участника плавания: "Все суда снялись с якоря и вышли в море; многие солдаты были посажены на те суда, на которые указал им генерал, — на малые суда, стоявшие на рейде возле побережья. Мы потеряли этой ночью команду "Феникса", капитана Остина, Питера Лемонда и пинас "Гарленда"; когда они шли вдоль берега, за ними погнались галеры из Картахены; Питер Лемонд с девятью нашими людьми были захвачены в плен, остальные благополучно вернулись к флоту".
От осады и штурма самой Картахены Дрейк благоразумно отказался, понимая, что в сложившейся ситуации это ему просто не по силам. Он решил сразу же идти на Панаму. Наконец, суда бросили якоря у города Номбре-де-Дьос, расположенного на атлантическом побережье Панамского перешейка. Город встретил англичан пустыми улицами и покинутыми домами, из которых было унесено все ценное.
"27-го мы вошли в устье Номбре-де-Дьоса, — вспоминает участник плавания, — и примерно в час захватили город; все люди бежали, кроме ста испанцев, которые укрылись в форте и стреляли в нас, имея в указанном форте три или четыре небольших пушки, и одна из них разорвалась, когда выстрелила в нас. Они произвели в нас также залп из ручного оружия, но, увидев, с какой решимостью мы бежим к ним, все убежали и скрылись в лесу".
Во всем городе удалось найти лишь два десятка серебряных слитков, что только раззадорило англичан.
В поход на Панаму был отправлен генерал Баскервиль с отрядом в семьсот пятьдесят человек.
Пока Баскервиль двигался к Панаме, Дрейк дожигал Номбре-де-Дьос, вместе с городом были уничтожены и полтора десятка испанских судов, захваченных в порту.
А тропическая лихорадка косила людей все больше и больше. Дело усугубилось и тем, что Дрейк пришел именно в Номбре-де-Дьос, который всегда отличался своим нездоровым климатом и поэтому к этому времени находился уже в изрядном запустении. Дело в том, что к этому времени испанцы разочаровались в Номбре-де-Дьосе и на атлантическом побережье уже достраивали новый город Пуэрто-Бельо, который и должен был стать в скором времени главной перевалочной базой для свозимого из глубины Америки золота и серебра.
Разумеется, что Дрейк уже имел информацию о Пуэрто-Бельо, но, подозревая, что тот неплохо защищен, атаковать его пока побаивался. Для начала он перевел флотилию к устью реки Чагрес.
— Нам следует отправить вверх по реке еще один отряд пехоты, чтобы он объединился с отрядом Баскервиля у Вента-де-Крусеса для решительного удара по Панаме.
Однако, когда лодки были уже готовы к походу, неожиданно примчался гонец-индеец с тревожным сообщением, что Баскервиль возвращается.