64.
Брат пришел к авве Пимену, и говорит ему: я засеваю себе поле, и учреждаю из него милостыню. — Старец отвечал ему: доброе дело ты думаешь. — Брат возвратился с ободрением, и умножил милостыню. — Об этом услышал авва Анувий, и говорит авве Пимену: не боишься ли ты Бога, что дал такой ответ брату? — Старец промолчал. Через два дня авва Пимен послал за братом, прислал его к себе, и говорит ему в присутствии аввы Анувия: что ты говорил мне в тот раз? ум мой занят был тогда другим. Я говорил, отвечал ему брат, что засеваю себе поле и учреждаю из него милостыню. — Авва Пимен сказал ему: я думал, что ты говорил о брате своем — мирянине. Если ты сам так делаешь, то не хорошо делаешь; ибо такое дело неприлично монаху. — Услышав это, брат огорчился и сказал: кроме этого дела, я не имею и даже не знаю другого дела; а потому не могу не засевать своего поля. — Когда брат ушел, авва Анувий поклонился старцу, говоря: прости мне! Авва Пимен говорит ему: я прежде знал, что дело это — не монашеское; но сказал так по мыслям его, и тем ободрил его к умножению милостыни. Теперь он ушел от нас в огорчении, и будет опять делать тоже.65.
Брат спросил авву Пимена: что значит:66.
Авва Пимен сказал: если человек согрешит, и будет отрекаться, говоря: я не грешен, — не обличай его; иначе отнимешь у него расположение к добру. Если же скажешь ему: не унывай, брат, не отчаивайся, но остерегайся вперед, — чрез это возбудишь душу его к покаянию.67.
Брат сказал авве Пимену: я желаю вступить в киновию. — Старец отвечал: если ты желаешь вступить в киновию, и не перестанешь заботиться о всяком случае и о всякой вещи, то не можешь исполнить правила общежития; ибо там ты и кувшином не можешь распоряжаться по своей воле.68.
Брат спрашивал его же: помыслы представляют мне то, что выше меня, и заставляют уничижать меньшего брата моего. — Старец сказал ему в ответ: Апостол говорит, что69.
Сказал также: добрый опыт выше слов: он делает человека искуснейшим.70.
Сказал еще: человек, научающий других, а сам не исполняющий того, чему учит, — подобен источнику, который всех напояет и омывает, а сам себя не может очистить, так что всякая грязь и нечистота остаются в нем.71.
Авва Серин пошел некогда с учеником своим Исааком к авве Пимену, и говорит ему: что мне делать с этим Исааком, хотя и с удовольствием слушает слова мои? — Авва Пимен отвечает ему: если хочешь доставить ему пользу, то самым делом покажи добродетель. Ибо он, и внимая твоему слову, остается праздным; а если ты слова свои покажешь на деле, то это останется в нем.72.
Авва Пимен сказал: киновия требует трех добродетелей: во первых смирения, во вторых послушания и в третьих возбужденной привычки и ревности к общежительным работам, дабы он не оставался в презрении.73.
Еще сказал: иной человек, по видимому, молчит, а сердце его осуждает других, — таковый постоянно говорит; но другой с утра до вечера говорит, и сохраняет молчание, т. е. без пользы ничего не говорит.74.
Еще сказал : если трое живут вместе, — и один из них хорошо безмолвствует, другой находясь в болезни благодарит Бога, третий служит им с чистым расположением: то все трое совершают одно делание.75.
Еще сказал: зло никаким образом не истребляет зла; а потому если кто сделает тебе зло, то делай ему добро, дабы добром истребить зло.76.
Еще сказал: не монах тот, кто жалуется на свой жребий; не монах тот, кто воздает злом на зло; не монах тот, кто гневается.77.
Еще сказал: сила Божия не может обитать в человеке, преданном страстям.78.
Еще сказал: если мы гонимся за спокойствием, то оно бежит от нас; если же мы бежим от него, то оно гонится за нами.