И я читаю в его взгляде немой вопрос: «Ты уверена? Понимаешь, на что соглашаешься? Знаешь, что назад пути уже не будет?»
На какую-то долю секунды в мою голову закрадывается сомнение. А не допустила ли я ошибку? Может стоит мне все им рассказать? Но вспомнив о жестоких играх этих двоих, о той ненависти которую ко мне испытывали мужчины, когда думали, что я могу покуситься на их наследство, а также о предательстве Алекса, я понимаю, что близнецы мне не союзники, а скорее наоборот. Я для них игрушка. Всего лишь игрушка. Необычная, в которую надо бы играть вместе. Но не получается. Потому что игрушка вдруг взбрыкнула и хочет поиграть, только с одним. А настоящей драки между Фрезами мне допускать нельзя. Ведь пострадать могу не только я, но и мой единственный на свете самый любимый и родной человек — мама.
Я усилием воли отталкиваю от себя горечь от собственных размышлений, скрываю все свои чувства и эмоции за семью замками.
Сейчас я сделаю так как они хотят, поиграю с обоими мужчинами, а потом они забудут обо мне, как о надоевшей игрушке.
Я чувствую дыхание Льва на своих губах, и сама уже приоткрыв губы жду поцелуя, желательно жадного и сладкого. Я ведь знаю, как он умеет целоваться уже показывал мне. Поэтому предвкушаю то еще удовольствие.
Вот только Лев почему-то не спешит. Он так и продолжает что-то искать на моем лице, до сих пор не веря в то, что происходит. И я опять решаю взять инициативу в свои руки. И рукой обхватив шею мужчины резко сокращаю расстояние и целую его прямо в губы.
Правда при этом еле сдерживаю болезненный стон. Ведь он держит меня за волосы. И как только наши губы соприкасаются, я получаю то, чего хотела.
А у мужчины срывает тормоза.
Лев впивается в мои губы настолько жадным поцелуем, что мне становится больно, а затем что-то взрывается в моей голове, и в одно мгновение распространяется по всему организму сосредотачиваясь в низу живота.
Чистое, концентрированное, не разбавленное удовольствие, напрочь сносит мне мозг, что я, не обращая внимание на то, что не одна, тяну руку вниз и чуть раздвинув ноги, пальцем провожу по своим влажным половым губам. И тут же чувствую, как мою руку отводят в сторону, ноги раздвигают гораздо шире, и припадают горячим ртом к изнывающим от возбуждения складочкам.
Если несколько минут назад в моей голове и были какие-то чаянья, сомнения, страхи и обиды, то сейчас их снесло окончательно. Сейчас была только я, и губы двух мужчин, ласкающих меня в самых эрогенных местах.
Лев переключается постепенно с моих губ на лицо, а затем и шею, одна его рука накрывает мою грудь и жестко сжимает полушарие, от чего я охаю прямо в его рот, и одновременно чувствую, как в низу живота разгорается самый настоящий пожар.
Мужчины готовы зацеловать каждый сантиметр моей кожи.
Я лежу зажатая в тисках их рук, абсолютно беззащитная и почти не могу пошевелиться. И это ощущение скованности и одновременно полного доверия двум сильным мужчинам, еще сильнее возбуждает меня, заставляя стонать все громче и громче.
Лев вновь возвращается к моим губам, и в такт губ своего брата, начинает ласкать их, посасывая попеременно, то верхнюю, то нижнюю, а затем врывается в мой рот языком и начинает в буквальном смысле его трахать. Это что-то невероятное. Мы будто танцуем безумно страстное танго языками.
Моя рука автоматически ловит колючую макушку Алекса, и слегка надавливает. Нет-нет, что вы, это не я, это моя похотливая конечность такое творит…
Второй рукой, я натыкаюсь на пуговички на рубашке Льва, и пытаюсь их расстегнуть. Мне просто жизненно необходимо добраться до его голой кожи.
Но в этот момент, кое-кто своим языком ударяет в особенно чувствительном месте, что я от неожиданности вскрикиваю, и меня выгибает от взрыва, случившегося в каждой клеточки моего организма. Я кричу, рычу, бьюсь в самой настоящей агонии. Господи… никогда не думала, что оргазм может быть настолько сильным и самое главное внезапным.
Как и в какой момент я оказываюсь на постели, я и сама не понимаю. Единственное, что до меня доходит, так это, то, что Лев уже без брюк, вклинивается между моих ног, и стягивает через голову рубашку, и откидывает ее куда-то в сторону, потому что пуговицы ему было лень расстегнуть.
Он накрывает меня своим телом, и медленно входит. Я чувствую, как его член растягивает меня изнутри, и возбуждение вновь накрывает с головой.
Толчок, еще толчок. Мне немного больно от резкого вторжения, но эта боль настолько сладкая, что я, выгнувшись, обхватываю ногами торс мужчины, а руками обнимаю за шею, и сама толкаюсь ему навстречу. Потому что хочу еще и еще, глубже и глубже….