«Первое изъ нихъ влечетъ за собою упраздненіе прежнихъ армій и всѣхъ прежнихъ враждебныхъ дѣйствій, мѣсто которыхъ заступитъ медицинская война. Ее будетъ вести единственно боевой медицинскій корпусъ, снабженный орудіями и приборами, насылающими на врага самые вредоносные міазмы. Этимъ устраняется употребленіе взрывчатыхъ веществъ и даже удушливыхъ газовъ прежней химической артиллеріи. Онн будутъ замѣнены артиллеріей міазмовъ: микробами и бациллами, которые при содѣйствіи электрическихъ токовъ заразятъ всю вражескую территорію».
«Какое дивное преобразованіе, какой громадный шагъ впередъ!
Беллона, благодаря Филоксену Лоррису, не станетъ обагрять кровью свои лавры!»
«Второе открытіе непосредственно ставитъ знаменитаго ученаго въ первые ряды благодѣтелей человѣчества. Это — великое національное и патріотическое его лекарство, дѣйствующее путемъ прививки и принимаемое внутрь, — лекарство, формула котораго составляетъ пока еще тайну изобрѣтателя. He подлежитъ, однако, сомнѣнію подтвержденная уже опытами способность этого лекарства сразу возвращать здоровье и силу переутомленному люду, кровь котораго обѣднѣла отъ непомѣрныхъ притязаній, предъявдяемыхъ ко всѣмъ намъ условіями бѣшенаго вихря жизни въ нашъ электрическій вѣкъ».
«Благодѣтель человѣчества, великій Филоксенъ Лоррисъ вдвойнѣ достоинъ этого почетнаго титула! Онъ, — этотъ современный магъ, — возвращаетъ всѣмъ здоровье, возрождая физическую и умственную энергію благодаря составленному имъ лекарству. Вмѣстѣ съ тѣмъ грандіозная его идея медицинской войны навсегда закончила кровопролитную эпоху взрывчатыхъ веществъ, истреблявшихъ безчисленные батальоны молодыхъ здоровыхъ воиновъ, покрывая поля сраженій окровавленными клочьями ихъ труповъ… Медицинская война является громаднымъ прогрессомъ надъ всѣми предшествовавшими способами военныхъ дѣйствій уже потому, что, задаваясь единственно только цѣлью устранять возможность сопротивленія со стороны непріятеля, она будетъ поражать его эпидемическими болѣзнями, которыя хотя и свалятъ на нѣкоторое время съ ногъ все населеніе вражескаго края, но окажутся смертельными лишь для организмовъ, пришедшихъ уже передъ тѣмъ въ состояніе полной негодности».