Я начал понимать, что именно тут происходит, и, с трудом сдерживая закипающую внутри ярость, двинулся к месту явно назревающей драки. Быстро. Но события развивались еще быстрее.
— Эй, он еще и обзывается, синежопый! — кто-то из пятерки людей сорвался на визг.
— Сейчас он у меня получит кроковых детей! — вновь послышался голос того, кто был в белой рубашке, явно лидера этой хулиганской братвы.
— Я с землянами кровь проливал! — воскликнул вели, и в голосе его звучали обида и боль.
Несмотря на это, он весьма ловко среагировал на полетевший ему в нос кулак. Я сразу оценил — не боевой психик, но управлять своим телом умеет. Вели тем временем уклонился от еще одного удара, а потом ловко скрутил сразу двух парней из пяти. Вот только зря он при этом повернулся спиной к тому, что командовал этой небольшой бандой.
— Ща я его батиным станнером… — парень в белой рубашке принялся копаться в висящей на поясе сумке, а потом, выхватив маленький желтый пенал, разрядил его прямо в спину вели, и тот как подкошенный рухнул на землю.
— Кровь, ты говоришь, проливал? — один из тех, кого вели до этого удерживал, вскочил на ноги. — Вот только не с нами, а нашу! Получай!
Он собрался с разгона врезать вели под ребра своими огромными ботинками со стальными полосками на носах, и вот тут я уже не стал сдерживаться. Если до этого я еще опасался не рассчитать силу и навредить этим малолетним глупцам, то теперь…
— Замрите! — я использовал технику внушения, и против батареек первого-второго уровня она сработала без каких-либо проблем. — Теперь встали, пошли в ближайшее отделение полиции и написали явку с повинной. В качестве доказательства передадите мою запись.
Мой скафандр писал на видео все вокруг, так, чтобы было совсем не сложно вырезать нужный кусок, залить его на небольшую флешку и передать ее лидеру этой пятерки с застывшими глазами. Да, внушение — это не самая приятная штука. Но пусть уж лучше эти парни пройдут через нее и научатся нести ответственность за свои поступки, чем продолжат безнаказанно творить все, что взбредет в голову.
Проводив взглядом «раскаявшихся» хулиганов, спешащих на встречу с правосудием, я прошелся простейшими техниками по лежащему на земле пилоту.
Активатор полностью снял все эффекты примененного на вели станнера, а вихрь запустил восстановление организма, чтобы удар по нервным окончаниям и лежание на холодной земле не сказались на будущей жизни этого ветерана. Ветерана же? Не зря ведь он говорил, что сражался вместе с землянами…
— Спасибо! — поблагодарил меня пилот, на груди которого красовались орденские планки за участие в конфликте у Зании. Что ж, значит, мы действительно воевали вместе. А потом вели узнал меня и отдал честь. — Лорд Мак!
— Что здесь произошло? — нахмурившись, спросил я, и показал в сторону, где уже успели скрыться молодчики.
— Странные люди… — пилот был явно расстроен. — Я ведь и вправду сражался тогда против дибби-хатов. Былые разногласия забыты, люди и вели — союзники. При чем тут кровь? Я в жизни не тронул ни одного землянина, даже когда квартировался тут в составе Корпуса… Остался жить, открыл автосервис. А тут услышал сообщение про экспедиционный корпус под вашим командованием и пошел записываться во флот. Только ребят хотел прежде проведать… А эти… Эти…
Вели не смог подобрать слов, и я его хорошо понимал. Как кому-то вообще в голову могло прийти предъявлять претензии ветерану той битвы? Люди, вели, рапаки, мишки-маллари — в те минуты не существовало никаких рас. Были только
— Часто тут такое бывает? — спросил я.
— Иногда… — вели отвел взгляд в сторону, но я почувствовал, как внутри меня снова начинает бушевать ураган ярости. Жаль, что рядом нет врагов, на которых ее можно было бы спустить.
— Лорд Мак, — ветеран тем временем вновь взял себя в руки. — Для меня будет честью вновь сражаться вместе с вами. Разрешите идти? Хочу успеть до конца набора, чтобы улететь уже сегодня.
— Да, конечно, — я только кивнул в ответ.
Все правильно: если у старых миров есть большие регулярные армии, то у новых вроде Земли все чаще работает на добровольной основе. И вот на сбор флота отправилось несколько десятков кораблей орбитального корпуса и такие вот добровольцы-ветераны. А вот что было неправильно, так это все остальное… Все эти десять лет я смотрел на Землю только с орбиты, видел красивую оболочку новой жизни и считал, что все прекрасно справляются и без меня.