Читаем Дзен футбола полностью

Опыт помогает отличить ту, которая лома- «ется, от той, что и сама бы рада, да не знает, I как помочь. Так у меня вышло с «Поминками • по Финнегану». Поверив на слово, я отдал им* три месяца. В начале четвертого, уже дойдя до; 11-й страницы, я решил разделить удовольст-* вие с товарищами по несчастью. Они провели* с книгой много лет, но проникли в нее не глуб- • же моего. В определенном смысле я, зная, как I» и автор, русский, оказался в выигрышном по- j ложении. Это выяснилось, когда мне удалось • расшифровать непонятное всему миру слово» «MANDABOUT».

«

- Про это, - перевел я, зардевшись.

Устав от триумфа, я отложил Джойса на по-* том. Судя по тому, сколько книг там скопилось,* «потом» - верная гарантия бессмертия. I

В Риге у меня был знакомый старичок, заму- • ровавший книгами свою квартиру. Войти в нее I можно было не дальше прихожей, которую он • делил с малогабаритными любимцами - угрем в • I узком аквариуме и собачкой без хвоста. Несмот-\ ря на преклонный возраст, а вернее - ввиду его, • он каждый день покупал по книге, рассчитывая • с их помощью отдалить неизбежное. Мне чуждо • суеверие. Я знаю, что умру, но верю, что не! раньше, чем полюблю каждую - как папаша Ка-; рамазов.

- Обратного пути нет, - говорю я жене, ревI нующей к библиотеке и подбивающей избавить• ся от балласта. I Сама она ищет в книгах пользу, читая из эко-; номии одну и ту же: «Как реставрировать ста• рую мебель». - Вам нравится, - спросил мой наивный • приятель, - реставрировать старую мебель? - Нет, - удивленно ответила она, - мне нра• вится читать о том, как реставрировать старую • мебель.

Это я как раз понимаю. У меня самого хра-j нится «Товарищ юного снайпера». Всякий свод** бесполезных знаний - как звездное небо, пре-J красное и недостижимое. Не зря чаще всего я • люблю энциклопедии. Большую советскую, '. правда, пришлось отдать в нехорошие руки по-? еле того, как там не нашлось статьи «Вьетнам-I екая война». Она оказалась в томе на «А»: «Аг• рессия? американской военщины против трудо• любивого вьетнамского народа». Зато мне до• гыь amp;п/ымыги J. ijiiiiu \^Г1Г1У1Л D\jrVJ/J,?\ стался в наследство от одной вовремя развалив-* шейся организации «Брокгауз».;

- Хотите знать, как делается вобла? Кто же* не хочет.*

Неудивительно, что я держал все 90 томов • под рукой, пока в кабинете не просели балки. I

Воспользовавшись тревогой, жена бросилась \ в атаку. Я сопротивлялся, как мог:

- Что значит «читал»? Что значит «знаешь,* чем кончится»? А родной изгиб сюжета? А то • место, где Джордж уронил в Темзу свою рубаш- t ку, думая, что она чужая?*

Но перед угрозой строительного коллапса* жертвы были неизбежны. Прощаясь, я три дня I составлял «список Шиндлера». Остудив сердце j и спрятав от греха подальше любимый Сталин- «ский раритет - «В Нью-Йорке левкои не пах- • нут», я углубился в самые пыльные полки. Обре-» ченных набралось с три сотни, в основном - t стихи. •

Дело не в том, что я их не люблю, суть в том, t что их мало надо. Хорошего стихотворения хва-» тает надолго, в идеале - навсегда. Поэтому я бе- • ру стихи в горы: спрессованное, как гороховый t концентрат (отрада пионерского туриста), чте- «ние. Остальные читаю дома - даже во сне. Зна-» ющее грамоту подсознание Фрейд бы назвал ин-* версией природы, но мне нравится этот вывих «души, позволяющий и ночью не расставаться с автором.

Новичком я презирал Белинского за то, что он, простодушно переписывая полюбившееся, еще кручинился: «Всего пересказать нельзя». Сегодня я его понимаю. О книгах надо писать, как о людях. Лучше всего мы помним тех, кто подставил подножку, вывел из себя и привел к иному. Даже лишенная событий жизнь испещрена такими встречами.

Пожалуй, только это и называется критикой. Другим занимаются евнухи. Не в силах любить, они знают о книгах все, кроме главного. Еще глупее те, кто читает, чтоб стать умнее. - Эрудиция? Есть, чем хвастаться. Знания, подаренные любовью, не требуют усилий: найдите в мире мальчишку, который бы не знал, что такое угловой.????,? •? •, 4ntHl\ -,.?,,;«?«-и'.й' -к,,:, л,,:-и;.,;,((.,'…; •;;•.,…

*

8 «


Й*


а


ДЕНЬ ИНДЕЙКИ»


Й


«


Ч


тобы полюбить индейку, надо ее уви- I деть - живую и дикую. Однажды в лесу я* чуть не наступил на нее и рад, что этого не еде- % л ал. Возмущенная птица вскочила на могучие,* как у страуса, ноги, вытянула шею, развернула • крылья и с гневным клекотом бросилась в ата-» ку. С испугу она мне показалась размером с ло-» шадь. Но и потом, когда мы уладили отноше-* ния, я не переставал поражаться ее статью.* В диком индюке нет ничего от курицы. Индей-* ки быстро бегают, неплохо летают и часто де-* рутся. Особенно холостяки, которые размножи-» лись в нью-йоркских окрестностях, и, чувствуя» себя тут хозяевами, вовсю гоняют белок, канад-* ских гусей и даже енотов.»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян — сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, — преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия / Образование и наука
Другая история войн. От палок до бомбард
Другая история войн. От палок до бомбард

Развитие любой общественной сферы, в том числе военной, подчиняется определенным эволюционным законам. Однако серьезный анализ состава, тактики и стратегии войск показывает столь многочисленные параллели между античностью и средневековьем, что становится ясно: это одна эпоха, она «разнесена» на две эпохи с тысячелетним провалом только стараниями хронологов XVI века… Эпохи совмещаются!В книге, написанной в занимательной форме, с большим количеством литературных и живописных иллюстраций, показано, как возникают хронологические ошибки, и как на самом деле выглядит история войн, гремевших в Евразии в прошлом.Для широкого круга образованных читателей.

Александр М. Жабинский , Александр Михайлович Жабинский , Дмитрий Витальевич Калюжный , Дмитрий В. Калюжный

Культурология / История / Образование и наука