Читаем Эфиопские хроники XVII-XVIII веков полностью

А затем напишем мы повествование о победах дедж-азмача За-Марьяма над Фаресом. Мы упоминали, как прошел полный год с тех пор, как изменили Фарес и За-Марьям. Когда авва Мазраэте, по прозвищу Корне, заключил мир и договор между присными Фареса и между царем Аэлаф Сагадом, 21 генбота[204] поднялся За-Марьям из Ад Акета. Фарес же послал сына своего по имени Вальда Хайманот, вместо себя с За Марьямом. И когда прибыли оба к Эмфразу 22 сане[205], нашли они там радость мира, Аэлаф Сагада, плакавшего плачем великим и невиданным, потому что умер сын его, абетохун Юст. А потом пожаловал он им милость совершенную, а в знак этой милости, дабы ведали все, пожаловал он наместничество Тигрэ дедж-азмачу За-Марьяму. Говорил царь царей Аэлаф Сагад дедж-азмачу За-Марьяму, что Фарес, бывший в Салава, когда услышал об этом назначении, загорелся огнем зависти и возвратился к своей прежней измене. Этот же дедж-азмач За-Марьям сказал: «Если Фарес придет по моей воле как я пришел, то доброе решение он примет для себя. Если же он откажется прийти, то я приведу его насильно против его желания. Но если не смогу я привести этого жестоковыйного и злонравного, пусть [царь] введет меня в свой дом вместе с черными рабынями, уподобив им, обрив волосы[206], несущим посуду, чтобы все видящие меня смеялись надо мною!». И закончив эту речь, что изошла из уст его, спустился дедж-азмач За-Марьям в землю Тигрэ и медлил в Адуа, пока не открылась измена Фареса. А когда открылась его измена и угнал он коров дедж-азмача За-Марьяма, разгневался царь царей Аэлаб Сагад и прибавил дадж-азмачу За-Марьяму к его наместничеству наместничества четырех домов Важрата, и наместничество Эда Маконнен, и наместничество Доба. И когда послал ему [царь] гриву[207], которая является знаком должности, Фарес отрезал уши человеку, который нес эту гриву. И потому поднялся дедж-азмач За-Марьям из Адуа и пошел поспешно то бишь поторопился чтобы достичь страны отца своего, Ад Акета 30 хамле[208]. А в месяце нехасе обратил он [к покорности] Абеля и детей его из страны Куарбиле, и людей Гонка и Гембаро из Бет-Амхара, и людей Май Набр и Фенгелят и заставил их поклясться именем царя царей Аэлаф Сагада[209].

Начался маскарам. 12-го[210] обратил [За-Марьям к покорности] людей Кола Салава и Вараба, послав Вениамина, брата своего. А 30-го [дня] этого месяца[211] поднялся на Дабра Мээляу дедж-азмач За-Марьям, и сразился с людьми Важрата и захватил 360 стад коров. Женщин же и дев, угнанных в полон было много, без числа.

Начался тэкэмт. 1-го, в пятницу[212], снова сразился дедж-азмач За-Марьям с людьми Важрата и победил. А в воскресенье на рассвете воевал дедж-азмач За-Марьям Фареса в земле Даэрвета, и победил, и убил многих присных его. Когда, совершив все эти подвиги, он возвращался домой, окружили его сзади люди Эда Маконнен, витязи Цебта, люди Зена Йоханнеса, витязи Таха, люди Муджа и Коркора и витязи Эда Абона. Сей же дедж-азмач За-Марьям, воинственный и искушенный в битвах сызмальства, рассеял их вечером, как сила ветра развевает прах и дым, и убили его дружинники Хакая, сына Абдель Масиха, князя людей Муджа, Геброма, князя людей Эда Маконнен и Таха, а еще Буная из страны Вальвадж, князя людей Коркоры. И других убитых тогда было много, но благословен господь бог Израилев, сподобивший дедж-азмача За-Марьяма совершить подвиг дважды в один день. Уды этих убитых он послал царю царей Аэлаф Сагаду в землю Такази, когда тот [был там], возвращаясь из Ласты. И тогда была великая радость в стане его. После этого пришли к дедж-азмачу За-Марьяму, собравшись, все князья Ласты, которых зовут дедж-азмач Гудфе, цахафалам[213] Нагид, васан-азмач[214] Фасило, Завальда Марьям, сын Дамо, наместник Вага, Игнатий, Амда Хаварьят, Амсало, За-Крестос, Леко, Вальда Селласе по прозвищу Бар Сагад, Махдаро, Таксе, Рэтуэ Амлак, Вальда Амлак, сын Ацко, Канаферо Амда Хайманот, князь Салава и Доба, Хамальмаль, князь Бора. Все эти наместники, которые собрались с присными своими от Целаре до Салава, окружили дедж-азмача За-Марьяма и расположились в земле Назрет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Гянджеви Низами , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги
Буддийская классика Древней Индии
Буддийская классика Древней Индии

Вошедшие в этот сборник тексты, расположенные по принципу «от простого к сложному», демонстрируют как этические, социально-идеологические, философские, так и религиозно-мистические, сакрально-культовые воззрения Будды, Нагарджуны и всего древнего буддизма. Хотя этим воззрениям уже тысячи лет, они хранят такую нравственную силу, такие тайны Духа, что остаются актуальными и в реалиях современного мира. Главное и существенное новшество книги — это представление и изложение всей колоссальной системы догматики раннего буддизма и Махаяны словами самих основоположников — Будды и Нагарджуны. Публикуемый труд — новое слово не только в российской индологии и буддологии, но и в мировом востоковедении. Книга представляет интерес не только для буддистов и специалистов по буддологии, но и для всех тех, кто интересуется духовными традициями Востока.Буддийская классика Древней Индии, Слово Будды и трактаты Нагарджуны, Перевод с пали, санскрита и тибетского языков с комментариями В. П. Андросова. — М.: Открытый Мир, 2008. — 512 с. — (Самадхи).

Валерий Павлович Андросов

Буддизм / Древневосточная литература / Религия / Эзотерика / Древние книги