Конечно, и Хулагиды стали раздавать в уделы своим нойонам и эмирам земли и города. Но владетели этих уделов, сохраняя традиции, не управляли этими уделами и даже не жили в них, а продолжали вести кочевую жизнь, получая только дань со своих владений. Исходя из тех же традиций к исламу они относились враждебно: их религия была более связана с буддизмом и христианством, поэтому в христианах они видели союзников против ислама. Однако со временем и в государстве Хулагидов возобладали сепаратистские тенденции, и к середине XIV в. оно распалось на отдельные владения, во главе которых стояли представители монгольской кочевой знати.
Но и на этом опустошение страны монголами не закончилось. С 1380 по 1393 г. Иран был завоеван «железным хромцом» Тимурленгом, или Тамерланом, как его называли европейцы. Нашествие Тимура снова сопровождалось разрушением хозяйства и массовым истреблением населения. Только в Исфагане было отрублено 70 тыс. голов, из которых были возведены пирамиды. Такие же пирамиды из отрубленных голов возводились и в других местах.
Но государство Тимура распалось на части уже вскоре после его смерти. Снова наступил период раздробленности.
Последняя династия средневекового Ирана, Сефевиды, была тоже пришлой. Ее основателями были азербайджанцы из дервишского ордена Сефе-вийэ, и их опорой были кочевые племена, говорившие на азербайджанском языке. Они носили чалмы с полосами красного цвета, поэтому их называли «кызылбашами», т. е. красноголовыми. В начале XVI в. Сефевиды овладели Ираном, но до середины этого века столица Сефевидского государства находилась в Азербайджане, в Тавризе. Таким образом, строго говоря, это было азербайджанское государство.
В начале XVII в. персидские чиновники в правительственном аппарате стали оттеснять на задний план кызылбашскую кочевую знать. Столица была перенесена в Исфаган. Укрепление центральной власти было необходимо шахиншаху, чтобы противостоять сепаратизму беглербегов, вождей кызыл-башских племен, которые стояли во главе управления провинциями. Итак:
VI–IV вв. до н. э. – государство Ахеменидов;
III в. до н. э. – III в. н. э. – Парфянское государство Аршакидов;
III–VII вв. – государство Сасанидов;
VII–XI вв. – Арабский Халифат;
XI–XIII вв. – государство Сельджуков;
XIII–XIV вв. – монгольские государства;
XVI в. – государство Сефевидов.
В этот перечень мы не включаем периоды раздробленности и правления отдельных династий, например, династии Хулагидов.
Таким образом, Иран в периоды Древности и Средних веков не был одним государством. Чередовались государства и периоды раздробленности. И только два из этих государств имели местное происхождение – государства Ахеменидов и Сасанидов. Поскольку в разных государствах, особенно в государствах пришлых кочевников, были разные условия экономической жизни, мы не можем это игнорировать при рассмотрении экономического развития. Это и заставило нас уделить столько места изложению основных событий политической истории.
12.1.2. Ирригация и земледелие
Иран представляет обширное нагорье, окруженное горными хребтами. Центральная часть нагорья – бесплодные пустыни, непригодные для земледелия без крупных оросительных сооружений. Поэтому скотоводство занимало господствующее положение в хозяйстве страны. Земледелием занимались в оазисах вдоль хребтов, где для орошения использовались горные речки и ручьи.
Государственные оросительные системы здесь начали строить лишь в V–VI вв. в государстве Сасанидов, причем это была очень сложная система ирригации. Ее основу составляли каризы – подземные тоннели – галереи, по которым текла вода, скапливавшаяся в подпочвенном слое у подножия гор.
Каризы прокладывались на глубине 8-10, а потом даже 30–50 м и достигали в длину до 40 км. Через каждые 7-10 м располагались колодцы, которые служили, в частности, для очистки каризов от наносов, что было важной частью трудовой повинности крестьян. Очевидно, что строительство и содержание такой сложной системы было по силам только государству, но не общинам или частным землевладельцам, которых здесь называли дехканами (как мы знаем, в Средней Азии позже дехканами называли просто крестьян).
За пользование оросительными системами, естественно, государство взимало с земледельцев особую плату.
Дальнейшее расширение оросительной системы происходило в X–XI вв., когда длина некоторых каризов достигла 125 км, а глубина – до 90 м. Новая активизация ирригационных работ происходила уже в XVI–XVII вв. при Се-февидах. Французский путешественник Шарден описывал, как воду из колодцев поднимали в больших бурдюках специальными колесами, которые вращали волы, затем она выливалась в бассейн, откуда по каналам шла на поля.