Разговор как-то увял, и мы просто брели, наслаждаясь обществом друг друга и атмосферой старой Москвы. Когда впереди показались зубцы кремлёвской стены, свернули направо и через пять минут вышли к набережной, полностью взятой в камень.
С реки дул стылый ветер, и нам пришлось поплотнее запахнуть полы пальто. Народу на набережной было очень мало, мы шли почти в полном одиночестве, говоря на отвлечённые темы. Допрос больше не повторялся.
В какой-то момент Лариса вздрогнула и явно напряглась. Проследив направление её взгляда, увидел довольно далеко качающуюся фигуру женщины, одетой явно не по сезону, в платье. Причём, кажется, даже в вечернее. Понятно, кто-то не рассчитал свои силы в борьбе с зелёным змием и вышел на набережную проветриться и протрезветь.
— Пойдём обратно? — зябко кутаясь в лёгкое пальто, спросила девушка.
Я уже почти развернулся, но краем глаза заметил что-то неправильное. Обернувшись обратно, обнаружил, что женщина на набережной лежит в нелепой позе, неприлично оголив ноги. Похоже, она намного пьянее, чем выглядела.
— Надо ей помочь, — кивнул я на жертву синьки и, не спрашивая согласия, потащил спутницу вперёд. — Иначе она замёрзнет.
— Но это не наше дело! — возмутилась Лариса. — Давай лучше полицию вызовем!
— Поможем, чем сможем, а потом пригласим власти, если ситуация серьёзная, — не согласился я. — Идём!
Чем ближе мы подходили к телу, тем сильнее меня охватывало какое-то дежавю. Я совсем недавно видел это платье! Вот прямо… сегодня! Осознание окатило холодным душем. Я аж встал как вкопанный. В точно таком же, или даже в этом самом наряде Светлана сегодня утром выходила со мной для встречи с СБ.
Пересилив себя, я пошёл вперёд. Заглянув в будущее чуть дальше обычного, уже знал, что это действительно моя учительница, которая сегодня чуть меня не убила. Сейчас она в некрасивой позе валялась прямо на камне набережной.
Подойдя к телу, я уверенным жестом проверил пульс на яремной вене. Он был мощным и ровным. Светлана явно не умирала. Неужели действительно напилась? Так ей скрываться надо, а не бухать в самом центре столицы.
Спустившись к воде, набрал полную пригоршню и вылил ей на лицо. Со слабым стоном она приоткрыла глаза и тут же закрыла их, выдавив из себя:
— Андрей? Ты в опасности, беги!
После чего снова хлопнулась в обморок. Последующие обливания и лёгкие удары по щекам результата не принесли. Да и не выглядела девушка пьяной. Лариса всё это время стояла в стороне и со скепсисом наблюдала за моими действиями.
Сначала хотел вызвать такси и отвезти преподавательницу в гостиницу, но здравый смысл возобладал, и я позвонил в скорую. К моему удивлению, машина с привычным красным крестом на бортах приехала практически сразу. Следом прибыло такси.
Оказывается, в этом мире с пациентами в скорую не пускали. И, если они выказывали желание сопровождать больного, то ехали на такси, которое всегда сопровождало все вызовы.
Врач, вышедший из машины, был не в белой или привычной мне голубой форме, а в чёрной. Коротко осмотрев Свету, он диагностировал у неё мощнейшее магическое истощение с возможным повреждением магических каналов. Её споро погрузили в автомобиль скорой помощи и увезли.
Открыв дверцу, я усадил Ларису, обошёл машину и сел сам. Водитель, не спрашивая, сорвался следом за скорой.
— И зачем мы едем в больницу? — насупившись, поинтересовалась девушка. — Мы же сделали всё, что могли, спасли тётку. Что ты ещё хочешь?
— Она — моя хорошая знакомая, — ответил я. — Я за неё переживаю и даже немного несу ответственность. Давай поступим так, раз произошла такая ситуация: сейчас отвезу тебя в гостиницу, и мы договоримся о встрече завтра, а сам поеду в больницу.
Девушке это явно не понравилось, но спорить она не стала. В итоге, выгрузив её у входа и получив совсем короткий поцелуй, почти дружеский, рванул в клинику.
В приёмной очень долго выясняли, кто я такой, какое отношение имею к пострадавшей, и вообще на хрена я припёрся. Наконец, согласившись, что мои доводы резонны, разрешили пройти к Светлане в палату. Сестричка, провожающая меня, так активно виляла бёдрами, что казалось, она вывихнет сустав.
Но, обнаружив, что я на неё не реагирую, кажется, обиделась. Открыв нужную дверь, что-то буркнула и ушла, на прощание ещё раз повиляв аппетитной, в общем-то, попкой. Вот что за день такой? Точнее, ночь, даже ближе к утру. Все предлагают мне оторваться чуть ли не прямым текстом, а я, весь из себя придурок, их игнорирую!
Пройдя в палату, обнаружил Светлану, лежащую на спине на высокой и узкой койке. Грудь, с которой сползло одеяло, равномерно вздымалась. Никогда не был приверженцем пухляшек, тем более девяностолетних, но выглядела она великолепно. Нет, эта ночь меня доконает! Я аккуратно, стараясь не задумываться, поправил одеяло и сел в стоящее рядом кресло.