«Ещё блестящие идеи?»
— Простите, капитан, — Эра казалась подавленной. — Мне очень жаль.
— Да уж, — я облокотился на поручни и тяжело вздохнул. Судя по её реакции, ситуация — хуже некуда. — Подкрепление в пути?
— Конечно, строго в соответствии с инструкциями.
Мои губы посетила вымученная улыбка:
— Значит, дожидаемся их прибытия. Раз плюнуть.
— Капитан, — её голос дрожал, — учитывая расстояние, а также обнаруженное препятствие в виде бронированных ворот, ориентировочное время прибытия наших войск — пять минут двадцать шесть секунд.
— Достаточно быстро.
— По моим расчётам, враждебные роботизированные единицы в количестве семнадцати штук доберутся до вас за тридцать восемь секунд, — словно вторя её словам, из противоположного конца зала донеслись шаги. — Через две минуты шесть секунд ожидается вторая волна, по численности равная первой.
Моя кожа покрылась мурашками.
«Настолько плохо?»
— Ваша броня — исследовательский комплект СЭЗ-6 — при всём её техническом превосходстве не в состоянии долго противостоять шквальному огню из тридцати четырёх пулемётов. Поэтому шансы… ваши шансы…
Если бы я не видел настоящую форму Эры, мог бы поклясться: она вот-вот заплачет. Странно. И грустно. Грустно, когда никому кроме бортового ИИ ты не нужен. Да и нужен ли ты ей? Нужен ли ты машине?
— Шансы выше нуля. Так что вы должны держаться, капитан. Слышите?! Вы должны держаться! — затараторила она. — Без вас мир многое потеряет… Я многое потеряю. Честного, умного, доброго человека, который за годы военной службы не утратил свой исследовательский азарт. Не стал чёрствым, апатичным куском плоти.
— Довольно, Эра.
Роботы приближались, мне стоило поискать укрытие. Обшарпанный аптечный киоск выглядел многообещающе.
— Но я хочу посетить с вами ещё тысячи миров. Быть рядом с моим капитаном. Помогать. Вместе изучать…
«Вместе», — её слова хоть и ласкали слух, мешали сосредоточиться, завлекая ложной надеждой.
«Жаль, ничего нельзя исправить». — С самого начала миссии — одни ошибки. Я буквально фонтанировал ими. Глупо. Особенно, если откопать первопричину: скука.
Скука породила мысли. Мысли привели к самокопанию. Самокопание вскрыло давние комплексы.
И всё после каких-то двух часов вылета с базы…
Мой корабль — «Оман-Б» — мчался тогда сквозь бескрайние просторы вселенной. Транспортное судно, оно по скорости не уступало истребителям. Да и огневой мощи могли бы позавидовать иные крейсеры. Шедевр инженерного искусства, как-никак. Ржавое корыто — снаружи, конфетка — внутри. Уникальный корабль для особых миссий. Например, по перевозке токсинов нового поколения, идеальных для уничтожения босводийцев, но практически безвредных нам.
И меня назначили
«Блин, такими темпами моя задница врастёт в чёртово кресло». — А главное, ради чего?
Усталым взглядом я обвёл помещение, гордо именуемое капитанским мостиком. Пустота и полумрак. Слева дверь в туалет, сзади выход. Из достопримечательностей — жилистый брюнет, который служил чем-то вроде декора. Симпатичного декора… Умного, симпатичного, образованного декора, бездарно транжирящего жизнь в чёртовом кресле.
— Капитан, вы в порядке?
Я непроизвольно вздрогнул, будто от удара током.
— Что-то случилось?
— Функциональное состояние корабля: удовлетворительное. Полёт проходит согласно плану. Оставшееся время до прибытия: шесть часов девять минут.
На моём лице отразилось недовольство:
— Тогда в чём дело?
Последовала неловкая пауза. Эра молчала больше десяти секунд, прежде чем ответить. На неё не похоже.
— Мне очень жаль, капитан. Я просто волновалась о вашем самочувствии. Вы казались подавленным.
«Волновалась? — Искусственный интеллект способен волноваться? — Нет, скорее всего, фигура речи».
— Тебе не стоит беспокоиться о моём психическом здоровье, — сухо произнёс я.
— Вынуждена не согласиться. В обязанности помощника входит мониторинг физического и… — внезапно она затихла, словно сболтнула лишнего.
— Эра?
— Ещё раз простите, капитан, — её голос звучал виновато. — Мой интерес к вашему состоянию носил личностный характер. А подобного рода поведение — неуместно. Очевидно, оно привело к негативной реакции. Извините.
— Ладно, забыли, — с трудом выдавил я, переваривая извинения ИИ за «личностный характер». — Мне тоже следовало вести себя более профессионально.
Следующие пятнадцать минут царила гробовая тишина.
Затем мостик преобразился. Вокруг кресла возникли три объёмных голографических экрана. Цифры, схемы, графики — чего на них только не было. Причём, всё разного цвета для удобства восприятия.
Из наиболее важной информации: слева располагалась схема корабля, справа — количество боеприпасов, в центре — карта с радаром.
— Активирую боевой режим, — безэмоционально объявила Эра.
Мои глаза, сверкнув возбуждением, потухли. Так лампочка в последний раз ярко вспыхивает, прежде чем перегореть.
«Бессмысленно». — Мне отводилась роль стороннего наблюдателя.