И видит – прекрасна она и мудра.
Одна лишь Есфирь у царя каждый вечер.
И ждёт он, как юноша, радостной встречи.
Оставил наложниц в запале своём,
И всею душой полюбил лишь её.
И царский венец на головку Есфири
своею рукой Артаксеркс возложил.
Царицею сделал он ту, что любил,
своею женою, единственной в мире.
Ту славу достойно Есфирь приняла,
и место Астини она заняла.
Лишь брачного пира закончились речи,
как царь новый пир затевает для встречи
с князьями своими со всех областей
огромной Персидской державы своей.
Он с царственной щедростью делает льготы,
дары раздаёт беднякам и сиротам.
Князья, царедворцы, усердьем горя,
пируют, ликуют и славят царя.
В те дни, когда собраны были девицы,
Сидел у ворот при царе Мардохей.6
Владыка не ведал, что он Иудей.
Не знали об этом и прочие лица.
Есфирь же нигде о народе своём
не молвит ни слова ни ночью, ни днём.
Как в детстве она Мардохею послушна:
что сказано им, то ей выполнить нужно.
Случайно тогда Мардохей услыхал,
как евнух Гавафа дружку прошептал:
«За то, что возвысил над нами еврея,
мы, Фара, властителя не пожалеем.
Сегодня, как только займётся заря,
свершим наше дело – отравим царя».
Царице Есфири об этом, немедля,
сказал Мардохей, к ней явившись тайком.
Царица о деле поведала том
царю, объяснив, кто ей это поведал.
И евнухи взяты. От страха вопят.
В одеждах их найден губительный яд.
Над ними был суд справедливый и краткий:
повесить велел Артаксеркс для порядка
обоих на древе, чтоб видели все
изменников царских в их жалкой красе.
И в книгу царя, что для записей срочных,
которую здесь ежедневно и точно
надёжные люди бесстрастно вели,
дела Мардохея тотчас занесли.
__________________________________