Читаем Ещё раз о механизме формирования умеренного яканья в русском языке полностью

Другой взгляд на механизм формирования аканья-яканья изложен в работе [Князев 2000]. Согласно этой гипотезе все современные типы безударного вокализма акающих говоров сформировались (более или менее одновременно) не из диссимилятивного аканья-яканья архаического типа, а из недиссимилятивного вокализма с предударными [ъ], [ʼь] в результате формирования просодического ядра слова (ударный + первый предударный гласный) и действия компенсаторных правил внутри просодического ядра: перед кратким ударным гласным предударные [ъ], [ʼь] изменяются в [а], [ʼа], а перед долгим гласный типа [ъ] сохраняется в неизменном виде, а [ʼь] либо сохраняется, либо изменяется в [ʼе], [ʼи]. При этом долгота-краткость ударного гласного зависит, в первую очередь, от его подъема: так, в среднем, при прочих равных условиях, в современном русском литературном языке собственная длительность гласных верхнего подъема ([и], [ы], [у]) составляет около 75%, а длительность гласных среднего подъема ([е], [о]) — около 90% от длительности гласного нижнего подъема [а] [Кузнецов, Отт 1989, 68]. Таким образом формируются модели, в которых ударные гласные одной и той же ступени подъема ведут себя с точки зрения типа предшествующего гласного одинаково (донская, архаическая, жиздринская).

В других типах якающего вокализма (дмитриевском, суджанском, щигровском и мосальском) гласные одного подъема ведут себя в этом отношении по-разному. Во всех этих моделях в предударном слоге произносится [ʼи] перед ударным гласным, находящимся в положении после мягкого согласного, а [ʼа] — в позиции перед ударным гласным того же подъема, но перед твердым согласным:

предударный [ʼи]предударный [ʼа]
дмитриевскийперед гласным из перед гласным из
мосальскийперед [е]перед [о]
суджанскийперед [е], [ʼо]перед [о]
щигровскийперед [е], [ʼо]перед [о]

Различия в реализации гласных фонем неверхнего подъема в положении перед ударными гласными одного и того же подъема, присущие дмитриевскому, суджанскому, щигровскому и мосальскому типам диссимилятивного яканья, могут быть объяснены тем, что собственная длительность ударных гласных в положении после мягких согласных больше длительности гласных в позиции после твердых[2] вследствие наличия у них [и]‑образного переходного участка: «Гласные заметно длительнее после мягких, чем после твердых. Объяснение этого явления очевидно: гласные после мягких согласных начинаются среднеязычными „переходными звуками“ типа і‑е, которые являются, по-видимому, существенным моментом для акустического восприятия мягкости согласного перед гласными. Для правильности этого восприятия среднеязычный элемент должен быть, по-видимому, настолько длителен, что при нормальной длительности всего гласного[3] он затруднял бы правильное восприятие качества самого гласного, результатом чего и является его удлинение» [Щерба 1912, 135].

Связь длительности (и, соответственно, качества) предударного гласного при диссимилятивном вокализме с длительностью ударного очевидна. Длительность же ударного гласного, в свою очередь, определяется 1) степенью открытости самого гласного и 2) его положением после твердого или после мягкого согласного. Говоры с диссимилятивным вокализмом подразделяются на а) те, которые обобщили зависимость длительности гласного только от его подъема (донской, архаический, жиздринский типы); б) те, которые обобщили зависимость длительности гласного как от его подъема, так и от положения после твердого или после мягкого согласного (дмитриевский, суджанский, щигровский и мосальский типы). Можно предположить, что и умеренное яканье является разновидностью диссимилятивного яканья применительно к тем говорам, которые обобщили зависимость длительности гласного только от его положения после твердого или после мягкого согласного.

В дальнейшем же в этих говорах зависимость качества предударного гласного от длительности ударного была переосмыслена как зависимость от твердости-мягкости согласного ударного слога, о чем свидетельствуют факты произношения гласных перед сочетаниями согласных, последний из которых является мягким, а первый — твердым.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Словарь петербуржца. Лексикон Северной столицы. История и современность
Словарь петербуржца. Лексикон Северной столицы. История и современность

Новая книга Наума Александровича Синдаловского наверняка станет популярной энциклопедией петербургского городского фольклора, летописью его изустной истории со времён Петра до эпохи «Питерской команды» – людей, пришедших в Кремль вместе с Путиным из Петербурга.Читателю предлагается не просто «дополненное и исправленное» издание книги, давно уже заслужившей популярность. Фактически это новый словарь, искусно «наращенный» на материал справочника десятилетней давности. Он по объёму в два раза превосходит предыдущий, включая почти 6 тысяч «питерских» словечек, пословиц, поговорок, присловий, загадок, цитат и т. д., существенно расширен и актуализирован реестр источников, из которых автор черпал материал. И наконец, в новом словаре гораздо больше сведений, которые обычно интересны читателю – это рассказы о происхождении того или иного слова, крылатого выражения, пословицы или поговорки.

Наум Александрович Синдаловский

Языкознание, иностранные языки