Читаем Эстетика Ренессанса. Статьи и эссе (СИ) полностью

После смерти Петра постепенно Летний сад приходит в запустение. Там, где ныне Михайловский замок, был выстроен Франческо Растрелли Летний дворец императрицы Елизаветы Петровны, который был разрушен Павлом для возведения его замка. Статуя Венеры находилась в Летнем саду до середины XVIII века. С возведением Таврического дворца и сада, первоначально как подарок Екатерины II светлейшему князю Потемкину, со средоточением там произведений искусства, Венеру перевезли туда, что, возможно, спасло ее от новой угрозы гибели.

В 1777 году сильное наводнение с ураганным ветром нанесло большой урон Летнему саду: была разрушена фонтанная система, пострадали грот и значительное число скульптур. Вместо восстановительных работ, были засыпаны «гаванец» у Летнего дворца, поперечный канал и Овальный пруд, разрушен грот, разобраны галереи, беседки, птичники. Трудно сказать, какая судьба ожидала Летний сад, если бы не сооружение ограды со стороны Невы, начатое в 1770 году и завершенное в 1784 году.

Решетка Летнего сада, считают, по проекту архитектора Ю.М.Фельтена, который спроектировал гранитное оформление петербургских набережных, изготовленная тульскими кузнецами и каменотесами села Путилова, высокая, ажурная, прозрачная для вод Невы и неба над городом с золотым шпилем Петропавловского собора явилась венцом создания Петра I. Летний сад обрел уникальное оформление.

Ограда со стороны набережной реки Мойки, с изображением головы Медузы Горгоны на щитах, была отлита в 1827 году на Александровском заводе в Петербурге по проекту архитектора Л.И.Шарлеманя. На месте грота К.И.Росси выстроил павильон «Кофейный домик» (1826 г.). Статуя «Аполлон» в Летнем саду находится с 1830 года. Это копия итальянского скульптора П.Трискорни (1820 г.) с римского оригинала I в. из музея Ватикана. Это и есть Аполлон Бельведерский. Первоначально он был помещен в одной из ниш Михайловского замка.



Летний сад с Летним дворцом Петра I, который не занимает центрального положения, не был задуман изначально как царская резиденция, по примеру резиденций королей Европы. Он был создан в большей степени как общественный сад, где происходили приемы, ассамблеи, балы-маскарады и празднества. Уже в XVIII веке он превратился в городской сад для «прилично одетой публики».

Пушкин, привезенный в Петербург в 1811 году для поступления в Царскосельский Лицей, первым делом отправился на прогулку в Летний сад, где встретил подростка, которого тоже  определяли в Лицей, это был Пущин, «мой первый друг, мой друг бесценный...»

Впоследствии Пушкин расскажет с улыбкой о воспитании его героя Евгения Онегина в детстве, что заключало в итоге: «и в Летний сад гулять водил». Онегин, как юные поколения в дворянских семьях, не сознавая, впитывал с восприимчивостью детской души ту особую атмосферу, созданную впервые в России в Летнем саду, затем распространившуюся в Петергофе, в Царском Селе и в Петербурге вплоть до Москвы и других городов России, до дворянских гнезд, героическую и пленительную атмосферу эпохи Возрождения в России.

Пушкин жил всегда неподалеку от Летнего сада - и на Мойке, и на набережной Кутузова, и на Пантелеймоновской улице, в двух последних случаях (по времени первых) совсем близко. Обычно приводят слова Пушкина из его письма жене: «...Летний сад мой огород. Я вставши от сна иду туда в халате и туфлях. После обеда сплю в нем, читаю и пишу. Я в нем дома». Поэт говорит «мой огород», помня об «огороде» Петра I, где взошли, если витиевато выразиться, цветы русской поэзии и культуры. Конечно, Пушкин «в нем дома».



Вероятно, впервые в яви мраморные изваяния полуобнаженных женщин я увидел в Летнем саду, но этого не помню, Летний сад просто вошел в мою жизнь, как и город, чудесное воплощение устремлений Петра I. Это была данность, как небо и солнце, но и небо и солнце в прекрасном городе светят иначе, ни туманов, ни дождей не помню, какие болота, Боже! Самое чудесное - явление Ренессанса в России - не заметили, не осознали до сих пор!

Летний сад закрывается на реставрацию, с какими-то планами реконструкции, вплоть до оранжереи... Но идея Сада, как она прояснилась исторически, с сохранением лишь скульптур, предполагает, что ничего из первоначальных затей, вплоть до оранжерей, не нужно. Деревья и кусты, аллеи - все это требует обновления на будущие времена, а статуи - реставрации или замены на мраморные копии, хотя это по нынешним временам безумно дорого...

Пруды с рыбами или аквариумы, что будет в духе затей Петра на современный лад, и фонтаны, фонтаны с прекрасной отделкой могут быть воссозданы... Сад должен остаться открытым, как уже третье столетие, для  молодых мам и бабушек с детишками, местом свиданий и встреч все новых поколений... Вряд ли имеет смысл что-то восстанавливать из времен Петра I, вплоть до канала с причалом у Летнего дворца.


_______________________

© Петр Киле 2007 г.

[Литературно-художественный альманах «Феномен», № 4 Октябрь - Декабрь 2007 г. ( http://www.renclassic.ru/Ru/Phenomenon/652/659/)]

_______________________



Перейти на страницу:

Похожие книги

Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян — сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, — преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия / Образование и наука
Психология масс и фашизм
Психология масс и фашизм

Предлагаемая вниманию читателя работа В. Paйxa представляет собой классическое исследование взаимосвязи психологии масс и фашизма. Она была написана в период экономического кризиса в Германии (1930–1933 гг.), впоследствии была запрещена нацистами. К несомненным достоинствам книги следует отнести её уникальный вклад в понимание одного из важнейших явлений нашего времени — фашизма. В этой книге В. Райх использует свои клинические знания характерологической структуры личности для исследования социальных и политических явлений. Райх отвергает концепцию, согласно которой фашизм представляет собой идеологию или результат деятельности отдельного человека; народа; какой-либо этнической или политической группы. Не признаёт он и выдвигаемое марксистскими идеологами понимание фашизма, которое ограничено социально-политическим подходом. Фашизм, с точки зрения Райха, служит выражением иррациональности характерологической структуры обычного человека, первичные биологические потребности которого подавлялись на протяжении многих тысячелетий. В книге содержится подробный анализ социальной функции такого подавления и решающего значения для него авторитарной семьи и церкви.Значение этой работы трудно переоценить в наше время.Характерологическая структура личности, служившая основой возникновения фашистских движении, не прекратила своею существования и по-прежнему определяет динамику современных социальных конфликтов. Для обеспечения эффективности борьбы с хаосом страданий необходимо обратить внимание на характерологическую структуру личности, которая служит причиной его возникновения. Мы должны понять взаимосвязь между психологией масс и фашизмом и другими формами тоталитаризма.Данная книга является участником проекта «Испр@влено». Если Вы желаете сообщить об ошибках, опечатках или иных недостатках данной книги, то Вы можете сделать это здесь

Вильгельм Райх

Культурология / Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука