Здоровье
В целом итальянцы — довольно здоровая нация, но они посвящают всю жизнь заботам о том, чтобы стать еще здоровее. В этом ими отчасти движет зависть: каждый итальянец убежден в том, что ближний намного здоровее его. Вдобавок итальянцы возлагают на свое здоровье абсолютно утопические надежды. Самое распространенное в Италии заболевание — ипохондрия. Тревога — постоянная их спутница. Что-то с утра живот побаливает, а вдруг рак желудка? Голова разболелась — наверное, инсульт! (Нет, чтобы вспомнить о том, сколько было съедено и выпито вчера за ужином!)
Потакая подобным настроениям, итальянцы не жалеют никаких денег. Если терапевт сказал, что у пациента отменное здоровье, итальянец непременно обратится к специалисту. Если и специалист ничего не обнаружит, пойдет к другому, к третьему — и так до тех пор, пока ему хоть что-нибудь не пропишут. Выписанный рецепт «больной» понесет в ближайшую аптеку, но, прежде чем купить лекарство, будет долго обсуждать его с аптекарем (а может, еще и в две-три аптеки заглянет — дело-то серьезное). В итоге домашние аптечки итальянцев ломятся от медикаментов, причем срок их годности зачастую давно истек.
Настоящие проблемы начинаются, когда итальянцы заболевают всерьез. Обращение к врачу непременно связано со всякого рода страхами и суевериями. Итальянские газеты пестреют леденящими кровь больничными историями про монаха-францисканца, который лег в больницу оперировать грыжу, а ему удалили половину трахеи, или про футболиста, которому прооперировали здоровое колено. Никто еще не доказал, что итальянская медицина в чем-то уступает медицине других стран Европы, однако итальянцы то и дело ездят лечиться в Швейцарию или во Францию в полной уверенности, что тамошние больницы гораздо лучше.
Истинная медицинская проблема в Италии — стоматология. Большинство итальянцев поражают цветущим, здоровым видом до тех пор, пока не откроют рот. Услуги дантиста в Италии невероятно дороги, поэтому, к счастью для себя и к несчастью для врача, итальянец десять раз подумает, прежде чем записаться на прием.
К своим зубам итальянцы относятся так же, как к античным памятникам: выжидают, пока те окончательно не разрушатся, лишь бы не платить за постоянную профилактику.
Кроме того, итальянцы нередко жалуются на несварение и запоры, ведь ежедневные обильные трапезы и алкоголь не самым лучшим образом влияют на пищеварительную систему. Несмотря на это, они отказываются есть хлеб с отрубями, подобно немцам, или проращенные злаки по примеру американцев, чтобы восстановить здоровье. Истинный итальянец не в силах ограничить себя в еде.
Анекдот на тему:
Глава 15. Правительство и политика
Поскольку веками Италией управляли иностранцы, у этого народа сложилось странное отношение к правительству. Они воспринимают его совсем не как избранный ими общественный орган, который призван защищать их, заботиться об их интересах дома и за рубежом. Нет, правительство для итальянцев — нечто чужеродное, враждебное, на собственный народ ему наплевать, и оно никак с ним не связано, разве что узами налоговых поборов, которые перетекают из карманов трудящихся в карманы мошенников, заправляющих всем. Единственный плюс: на правительство можно свалить все национальные беды.
Со стороны кажется, что в Италии со времен Второй мировой войны сменилось множество правительств, но по сути до 1994 г. страной правила одна политическая партия — христианские демократы, которая удерживалась у власти с помощью различных коалиций. Смена кабинета фактически означала перестановки внутри него, а вовсе не новый состав. И поскольку ни у кого не возникало сомнений в том, кто победит на выборах, итальянцы привыкли к мысли, что они всегда в выигрыше. Теперешняя нестабильность итальянской политики объясняется тем, что народ уже не уверен, на чьей стороне будет победа, ведь итальянские политики ведут себя точно так же, как их предшественники. Борьба за власть, политическая коррупция и круговая порука, подточившие некогда Римскую империю, царят в Италии и сегодня.
Но Италия живет, несмотря на все усилия политиков разрушить ее. Итальянцы любят политические игры, цель которых порой непостижима для иностранцев.