Читаем Европейское дворянство XVI–XVII вв.: границы сословия полностью

Относительно масштабов и динамики аноблирований, взятых в целом, историки высказывали разные мнения. Д. Биттон полагал, что до середины XVI в. они были сравнительно немногочисленными, а затем социальная мобильность стала нарастать и число аноблирований увеличиваться. Подсчеты, на которых основан вывод Биттона, касаются лишь аноблирований по патентам, так что они свидетельствуют скорее не об увеличении общего числа аноблирований, а о распространении данной их формы[149]. Локальные же исследования, с одной стороны, показывают, что преобладающие формы и динамика аноблирований в разных провинциях отличались друг от друга. С другой стороны, они позволяют предположить, что благодаря созданию аноблирующих должностей и продаже патентов со временем действительно становилось больше легальных путей получения дворянского статуса, однако на практике аноблироваться было легче в более ранний период, до ужесточения контроля над дворянством со стороны королевской власти. В Провансе вплоть до середины XVII в. ведущие благородный образ жизни простолюдины легко становились дворянами. Родоначальники примерно 1/3 дворянских семей присваивали себе этот статус, приобретя фьеф, поступив на военную службу или какими-то иными путями. Перелом произошел в царствование Людовика XIV в результате расследований дворянства, после которых самовольные аноблирования стали крайне редкими[150]. В области Бос большое обновление дворянства совершилось между серединой XV и серединой XVI в. В 1500 г. удельный вес древних родов, насчитывавших свыше 100 лет дворянства, и аноблированных семей был соответственно 19 % и 51 % общего числа дворянских семей данной области. Со второй половины XVI в. это соотношение стало меняться: семьи, аноблированные 100 лет тому назад и ранее, постепенно набирали 3–4 поколения дворянства, необходимые для того, чтобы считаться родовитыми; наряду с этим сокращалось количество аноблирований. В 1650 г. старых и новых дворянских семей было уже соответственно 40 % и 25 %, а к 1700 г. удельный вес аноблированных сократился до 10 % общего числа дворянских семей[151].

Таким образом, в XVII в. совершился перелом в практике аноблирований. Прежде границы дворянского сословия оставались открытыми. Ротюрные семьи легко могли со временем аноблироваться, если на протяжении двух-трех поколений вели дворянский образ жизни. В XVII в. абсолютистское государство поставило социальную мобильность под свой контроль, и это привело к тому, что дворянство превратилось в относительно более закрытое сословие.

Дворянский статус мог не только приобретаться, но и теряться. Последнее имело место вследствие действий, несовместимых со званием дворянина. Это правило появилось давно. В 1295 г. Филипп Красивый постановил освободить от уплаты податей всех дворян, кроме тех, кто занимается торговлей. В 1435 г. Карл VII отказался освободить от обложения дворян, продававших свои вина в тавернах, ибо это не дворянское дело. В первой половине XVI в., согласно одному из ордонансов Франциска I, облагались налогами те дворяне, которые торговали или арендовали землю, т. е. занимались делами, свойственными ротюрье. Мысль о несовместимости дворянского статуса с некоторыми видами деятельности, прежде всего с торговлей, присутствовала в юридических трактатах XVI в. Однако данное правило окончательно утвердилось не сразу. Обычное право часто его игнорировало, а отдельные королевские распоряжения, упомянутые выше, не носили принципиального характера. Во второй половине XV в. Людовик XI попытался даже, правда безуспешно, пойти против этой традиции и привлечь дворян к торговле. Только в 1560 г. появился королевский ордонанс, в принципе запрещавший дворянам впредь заниматься торговлей под угрозой обложения тальей. Данный запрет возобновлялся в 1579 г. и оставался в силе вплоть до 1629 г., когда наметился новый подход к дворянскому предпринимательству и дворянам была разрешена заморская торговля[152].

Перейти на страницу:

Все книги серии Элиты Средневековья

Европейское дворянство XVI–XVII вв.: границы сословия
Европейское дворянство XVI–XVII вв.: границы сословия

В данном коллективном труде, посвященном европейскому дворянству XVI–XVII вв., для исследования был избран следующий круг вопросов: Определение знатности и дворянского статуса: самооценка, юридическая практика, общественное мнение. Соотношение экономических, политических, этносоциальных, конфессиональных и прочих факторов в определении границ сословия. Численность и «удельный вес» дворянства, их динамика. Региональные различия. Районы повышенной концентрации дворянства. Доказательства принадлежности к дворянству, их эволюция. Соотношение устной и письменной традиции. Генеалогия и ее роль. Аноблирование, его формы и юридическое оформление, масштабы и ритмы. Процесс утраты дворянского статуса, его причины и последствия. Межсословные и внутрисословные границы. Граница между дворянством и духовенством.

Александра Давыдовна Ролова , Александр Петрович Черных , Дмитрий Геннадьевич Федосов , Людмила Александровна Пименова , Маргарита Евгеньевна Бычкова

История

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
1939: последние недели мира.
1939: последние недели мира.

Отстоять мир – нет более важной задачи в международном плане для нашей партии, нашего народа, да и для всего человечества, отметил Л.И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. Огромное значение для мобилизации прогрессивных сил на борьбу за упрочение мира и избавление народов от угрозы ядерной катастрофы имеет изучение причин возникновения второй мировой войны. Она подготовлялась империалистами всех стран и была развязана фашистской Германией.Известный ученый-международник, доктор исторических наук И. Овсяный на основе в прошлом совершенно секретных документов империалистических правительств и их разведок, обширной мемуарной литературы рассказывает в художественно-документальных очерках о сложных политических интригах буржуазной дипломатии в последние недели мира, которые во многом способствовали развязыванию второй мировой войны.

Игорь Дмитриевич Овсяный

История / Политика / Образование и наука