— Нас было пятнадцать, — простонал он. — А остались в живых только мы с Хру. Проклятые повстанцы преследовали нас всю дорогу.
— Так какую же весть велено тебе передать? — спросил Валгард.
— Эльфы высадились в Англии, государь. Ходят также слухи, что войско ирланских сидов во главе с самим Лугом Длинноруким прибыло к Шотландию.
Валгард мрачно кивнул.
ГЛАВА XXVI
Под прикрытием осеннего ненастья Скафлок отправился во главе отборной эльфийской рати в Англию. Король эльфов остался на континенте командовать остальной частью войска, которая должна была изгнать из тамошних эльфийских владений остатки тролльих орд. На прощание король сказал Скафлоку, что захватить Англию будет непросто, а коли удастся троллям отбить нападение, Британия может стать местом сбора их разрозненных сил, а позднее, возможно, и плацдармом для нового вторжения в центральные земли Альфхейма.
— Мой меч несет победу, — проговорил, пожав плечами Скафлок.
Прежде чем ответить, король устремил на него долгий взгляд.
— Будь осторожен с клинком этим. Пока что он хорошо служил нам. Но нельзя забывать о природном его вероломстве. Рано или поздно он неминуемо должен обернуться против своего владельца. И случиться это может в тот момент, когда Альфхейм будет нуждаться в тебе более, чем когда бы то ни было.
Скафлок не стал долго над этим раздумывать. Не то чтобы он так уж хотел умереть. Нет, на земле у него осталось еще немало дел. Но кто знает, может, пройдут годы, прежде чем погубит его рунный меч. Как бы то ни было, он твердо решил, что никогда не будет пытаться избавиться от волшебного клинка. Ведь тот давал ему такое, чего больше ничто на свете не могло бы дать. Когда рубился он в битве рунным мечом, его вовсе не охватывало берсерковское неистовство. Напротив, сознание его было ясно как никогда. Просто в такие минуты он как бы вырывался из узких рамок, определенных природным его естеством, сливаясь воедино и с делом, которое делает, и с оружием, что служит ему в этом деле. Мало кому дано изведать такие ощущения, разве, одним лишь богам. Впрочем, у Скафлока и раньше возникало почти такое же чувство. Когда Фрида была с ним.
Корабли, воины и кони были тайно собраны в укромных бретонских бухтах. Вождям эльфийских повстанцев в Англии Скафлок послал весть, чтобы собрали они из разрозненных своих отрядов единую рать. И вот, однажды ночью, когда в северных морях повсюду бушевали шторма, скафлоков флот двинулся через пролив.
С черного, то и дело озаряемого вспышками молний неба сыпался снег с дождем. Сквозь вой ветра слышались раскаты грома. Мчащиеся с запада громадные пенистые валы с ревом обрушивались на берег. В такое ненастье даже эльфы убоялись поставить паруса, так что пришлось им идти через пролив на веслах. В лицо им летели капли дождя и брызги соленой воды. Вскоре мореходы вымокли до нитки. По веслам и украшенным драконьими головами носам кораблей ползли голубоватые блуждающие огоньки. Эльфы налегали на весла так, что у них чуть мышцы на руках не лопались. Ветер грозил ударить корабли о скалы или друг о друга.
Скафлок усмехнулся и сказал:
Стоя на носу преодолевающего сильнейшую качку драккара, увидел Скафлок вдали родной берег и в тот же миг почувствовал, что долго тлевшая под спудом тоска снова безудержно рвется вон из сердца. Он сказал вису:
Потом ему стало не до стихов. Не так-то просто в такое ненастье обогнуть крутой мыс…
Когда же эльфийским судам удалось это сделать, они оказались в защищенной от ветра бухте, где уже ожидал их, как и было условлено, небольшой отряд повстанцев. Воины сошли на берег. Драккары были вытащены на взморье и закреплены.
Затем воины поспешно надели доспехи. Капитан одного из драккаров сказал Скафлоку:
— Ты еще не распорядился насчет того, кто из воинов останется охранять корабли.
— Никто, — ответил тот. — Все до единого воины понадобятся в сражениях, что Предстоят нам в глубине английских земель.
— Как это? Ведь тогда тролли могут сжечь наши корабли, и все пути к отступлению будут отрезаны.