Читаем Философия запаха. О чем нос рассказывает мозгу полностью

РИС. 3.1. Старинный рисунок, демонстрирующий схему ретроназального обоняния. Глотка (Rh) связывает рот (Mh) с носовой полостью (Nh). Теплый воздух из трахеи (Lr) достигает глотки и доставляет молекулы запаха из пищи к эпителию носа, где они взаимодействуют с обонятельными рецепторами на чувствительных нейронах. Источник: Quagga Media / Alamy Stock Photo.


Ретроназальный путь – то, что отличает человека от большинства животных даже с очень хорошим обонянием. У мышей нет ретроназального механизма, нет его и у собак. Эти животные превосходные нюхачи. Но они никогда не узнают, что значит наслаждаться великолепной едой. Их ощущения можно в какой-то степени сравнить с нашим восприятием кофе, замечательный ортоназальный запах которого заставляет нас вылезать из постели по утрам. Но этот восхитительный запах недолговечен, и опыт завершается разочаровывающим вкусом: в общем-то кофе горький. (Ретроназальный аромат не всегда соответствует ортоназальному; мы скоро вернемся к этому вопросу.) Что позволяет людям чувствовать вкус, хотя многим животным это недоступно? Разница между человеком и многими другими животными, обеспечивающая ретроназальное обоняние, в отсутствии одной косточки.

В ходе эволюции человек и другие приматы потеряли костную поперечную пластинку носа, что привело к морфологическому разделению животных с так называемой первичной и вторичной носовой полостью[152]. Эта косточка отделяет обонятельный путь от дыхательного у животных с очень острым нюхом, в частности, у собак.

Одним из итогов такой эволюции стало то, что у человека обонятельные ходы не отделены от дыхательных и образуют единое носоглоточное пространство. В результате исчезновения костной перегородки рот превратился во второй нос. В то время как собаки и мыши имеют один нос для обнюхивания пищи, у нас их, можно сказать, два!

Второй нос, обеспечивающий ретроназальное обоняние, делает вкус пищи интересным. Вы не задумывались, почему люди едят «вонючие» французские сыры, несмотря на ихспецифический запах? Или почему кофе имеет восхитительный запах, но совсем непривлекательный вкус? Ортоназальный опыт может достаточно сильно отличаться от ретроназального опыта. Отчасти это физиологическое различие; оно объясняется разницей температуры воздуха из легких и внешних воздушных потоков. Воздушные потоки определяют, какие молекулы первыми достигают эпителия и с какой скоростью, причем настолько, что это влияет на картину активации нейронов (см. Главы 5 и 8). В результате запах из одного и того же источника может вызывать весьма различающийся качественный опыт в зависимости от физиологического пути доступа – это удивительное явление, которое нельзя объяснить без учета сенсорной системы, осмысливающей стимул. Восприятие запаха сыра, происходящее по ортоназальному или ретроназальному механизму, неодинаково. При этом оба типа восприятия точно передают рецепторам, что источник запаха – сыр.

Гедонические сигналы от запахов, поступающих ортоназальным и ретроназальным путем, также различаются. «Вонючий» сыр доставляет больше удовольствия, когда вы его едите, чем когда вы его нюхаете; напротив, аромат кофе приятнее его ретроназального вкуса. Это различие может иметь отношение к ощущению вознаграждения. Вкус кофе разочаровывает, поскольку настолько сложен, что не очень соответствует многообещающему ортоназальному аромату. Сыры часто кажутся лучше на вкус после дополнительного опыта, а их ретроназальное восприятие подкрепляет приятные ноты, не выраженные в ортоназальном аромате. Недавние исследования психолога Даны Смол и других ученых показали, что реакции нейронов при ортоназальной и ретроназальной обработке запахов действительно различаются[153].

Перейти на страницу:

Похожие книги

Происхождение мозга
Происхождение мозга

Описаны принципы строения и физиологии мозга животных. На основе морфофункционального анализа реконструированы основные этапы эволюции нервной системы. Сформулированы причины, механизмы и условия появления нервных клеток, простых нервных сетей и нервных систем беспозвоночных. Представлена эволюционная теория переходных сред как основа для разработки нейробиологических моделей происхождения хордовых, первичноводных позвоночных, амфибий, рептилий, птиц и млекопитающих. Изложены причины возникновения нервных систем различных архетипов и их роль в определении стратегий поведения животных. Приведены примеры использования нейробиологических законов для реконструкции путей эволюции позвоночных и беспозвоночных животных, а также основные принципы адаптивной эволюции нервной системы и поведения.Монография предназначена для зоологов, психологов, студентов биологических специальностей и всех, кто интересуется проблемами эволюции нервной системы и поведения животных.

Сергей Вячеславович Савельев , Сергей Савельев

Биология, биофизика, биохимия / Зоология / Биология / Образование и наука
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука