Читаем Финское солнце полностью

Вот Антти стремительно выскакивает из трамвая, потому что знает: через минуту подойдет автобус. А следующего ждать целых пятнадцать минут. Но как Антти ни спешит, автобус уходит у него из-под самого носа. А вот Суммо, кажется, никуда не спешит. Он вроде бы должен опаздывать и на автобус, и в школу, и в институт, а теперь вот в банк. Но везде успевает, даже раньше приходит, поскольку умеет обходиться со своим временем. Суммо, похоже, и по жизни вообще никуда не торопится, потому что время его слушается. Он еще молод, и ему кажется, что он всё успеет. Время для него – ресурс неограниченный, его еще навалом. Суммо и в детстве никуда не спешил, но повсюду приходил почти на полчаса раньше, будь то певческий кружок или автобусная остановка. Такой вот парадокс времени.

3

Очень правильный начальник Суммо и нерадивый подчиненный Антти вели непрерывную, непримиримую борьбу друг с другом и с обстоятельствами. Жесткую борьбу по принципу «кто кого». Один – за стабильную власть и порядок везде и во всем, другой – за безвластие и анархию. У кого окажется крепче воля и сильнее мотивация? Кому хватит сил и терпения обустроить всё вокруг по собственному видению и желанию?

Суммо – младший из трех братьев влиятельного семейства Хаппоненов, и ему как самому молодому и горячему невтерпеж всё вокруг обуздать, устроить и упорядочить. Он жаждет приумножить то, что нажил клан Хаппоненов, то, что построил старший брат Вессо и вытряс у кредиторов и должников средний брат Тряссо. Суммо хочет доказать авторитетным братцам, что тоже не лыком шит. Что он своим рождением и своей жизнью как бы подводит итог, суммирует все труды и старания Хаппоненов. Суммо во всем, даже в поездках на трамвае, старается подражать старшему брату Вессо. На этом, уверен он, империя Хаппоненов только сэкономит.

Антти же, наоборот, не прибавляет, а вычитает. Он – воплощенный минус: постоянно стремится уйти, спрятаться от этого мира, уклониться от его методов воспитания и принуждения. Конечно, Антти как разумный человек знает, что трудиться и приумножать ресурсы хорошо, поскольку это созидание. А наслаждения и леность неизменно связаны с убытком и разрушением. Этот постулат лежит и в основе морали, и в основе любой религии, и даже в основе поэзии. Антти прекрасно это знает, но ничего не может с собой поделать.

Ну не желает Антти вкалывать на империю Хаппоненов. Категорически не желает, и всё тут! У Антти налицо врожденный порок мотивации к труду, хотя есть опасение вновь оказаться на социальном дне и стать предметом осуждения для близких и дальних родственников. Как ни парадоксально, Антти боится крутых санкций начальства лишь потому, что боится молчаливого осуждения матери.

В общем, Суммо и Антти являют собой плюс и минус как на шкале добра и зла, так и в системе координат высокого и низкого.

Я так и представляю, как Плюс с флюсом небольшого живота, упитанный и розовощекий, приходит на работу в свой кабинет за пятнадцать минут до начала рабочего дня, где все в идеальном порядке, где каждый листок в своей папочке, а каждая папочка на своей полочке. И секретарша с круглой попочкой приносит ему зеленый тонизирующий чай без сахара, чтобы никакая мелочь не отвлекала шефа от работы и от планов империи Хаппоненов наложить лапы на обе полусферы земного шарика.

А другой, Минус с носом, уже с утра бледный и изможденный, идет к кофе-машине, наливает в кружку кофе, сдвигает в кучу разбросанные на столе бумаги, уже запачканные шоколадным печеньем.

Впрочем, Суммо Хаппонен не дает вечно опаздывающему Антти допить кофе. Уже голосит звонок-сирена: самое время собираться на линейку, поднимать флаг и петь гимн империи Хаппоненов.

– На первый-второй рассчитайсь! – командирским голосом лейтенанта Олави кричит клерк Суло.

– Перекличка прошла, а вы опоздали, товарищ Антти. И Год лиот штрафа никуда не денетесь.

4

Избежать штрафа Антти даже не надеется, потому что в обязанности пронырливого финансиста Суло как старшего по отделу входит докладывать обо всех опоздавших. Он со штрафов, налагаемых на недисциплинированных сотрудников, получает прибавку к зарплате.

И вот уже клерк Суло с недовольным видом, будто Антти своим опозданием попрал его самые святые и нежные чувства, зовет виновника к Хаппонену.

И Антти мешкая – непрерывное сопротивление буржуазному порядку и всякой власти у него уже в крови – идет к Суммо. Осторожно приоткрыв дверь, он ступает на ковер большого босса. Ковер сегодня необычный – красный, как огонь в преисподней, с новой щетиной-ворсом, жесткой и колючей. А вчера был зеленый и мягкий. За ночь успели поменять. Антти это чувствует сразу, потому что, собравшись второй раз позавтракать, он снял ботинки и по рассеянности забыл надеть.

– Заходи, заходи, – подбадривает его шеф. – Заходи и рассказывай, почему снова опоздал. Что там у тебя на этот раз стряслось?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Женский хор
Женский хор

«Какое мне дело до женщин и их несчастий? Я создана для того, чтобы рассекать, извлекать, отрезать, зашивать. Чтобы лечить настоящие болезни, а не держать кого-то за руку» — с такой установкой прибывает в «женское» Отделение 77 интерн Джинн Этвуд. Она была лучшей студенткой на курсе и планировала занять должность хирурга в престижной больнице, но… Для начала ей придется пройти полугодовую стажировку в отделении Франца Кармы.Этот доктор руководствуется принципом «Врач — тот, кого пациент берет за руку», и высокомерие нового интерна его не слишком впечатляет. Они заключают договор: Джинн должна продержаться в «женском» отделении неделю. Неделю она будет следовать за ним как тень, чтобы научиться слушать и уважать своих пациентов. А на восьмой день примет решение — продолжать стажировку или переводиться в другую больницу.

Мартин Винклер

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза