Читаем Фронт до самого неба (Записки морского летчика) полностью

Одна из наших береговых батарей изо дня в день била по фашистским войскам из района Геленджика. Громила [184] живую силу и технику врага, не давала ему покоя. Фашисты решили уничтожить ее с помощью своей дальнобойной артиллерии. Расстояние до нашей батареи было большое, поэтому гитлеровцы подняли в воздух «Фокке-Вульф-189», чтобы с него корректировать огонь.

Бронированная, двухмоторная, двухфюзеляжная «рама» висела над огневой позицией батареи. Вражеские снаряды ложились все ближе к орудиям. Надо было во что бы то ни стало избавиться от наблюдателя. Эта задача была поставлена перед летчиками Мухиным и Масловым. Взлетев на самолетах ЛаГГ-3, они достигли высоты, на которой летал «фокке-вульф» и пошли на сближение. Мухин устремился в атаку, а Маслов, маневрируя вокруг вражеского самолета, отвлекал его огонь на себя. Фашисты бросили корректировку и всю силу огня обрушили на наши «лаги». Искусно маневрируя, Мухин и Маслов взяли противника в клещи и стали обстреливать его. После очередной пулеметной очереди Мухина «рама», отстреливаясь из двух пулеметов, пошла в сторону моря. Очевидно, на свой аэродром.

Проскочив вниз, Мухин вплотную подошел сзади к корректировщику, нажал гашетку, но оружие молчало — вышел боезапас. Тогда мужественный летчик решил пойти на таран. «Лаг» врезался винтом в левый фюзеляж вражеского самолета, в тот же миг своей плоскостью ударил и по правому фюзеляжу. Раздался сильный треск, и оба самолета, потеряв управление, стали беспорядочно падать.

Мухин отстегнул ремни, его выбросило из кабины истребителя. Через несколько секунд он раскрыл парашют и начал спускаться в районе бухты.

Но на этом не кончилось. Два вражеских летчика, покинув свой самолет, тоже спускались на парашютах, находясь ниже Мухина. В бессильной злобе, охваченные отчаянием и безнадежностью, фашисты открыли по нему огонь из пистолетов.

Мухин принял вызов. Не размышляя, скользнул на своем парашюте, приблизился к врагам на сорок-пятьдесят метров, выхватил пистолет и открыл ответный огонь. Сумел застрелить обоих фашистов, а сам благополучно приводнился в бухте. Вскоре наш катер доставил Мухина на берег, где он был радостно встречен боевыми друзьями, наблюдавшими за его мужественной борьбой. [185]

— Да, в воздушном бою, если сложится безнадежная обстановка, единственный выход — это таран, — подхватил кто-то из молодых летчиков. Погибать, так с музыкой!

— Хорошо, если есть такой выход, — возразил комиссар.

— Ну, таран-то…

— И таран не всегда возможен. Но выход настоящий летчик найдет всегда. Решит, как поступить в последнюю минуту…

И рассказал поистине фантастический случай. Однако действительный — произошел он совсем недавно, в октябре, и героем его был летчик Военно-воздушных сил нашего, Черноморского флота.

Ивану Кораблеву шел девятнадцатый год и летал он на У-2, возил почту. Никто не верил, что этот парень с золотистым пушком на щеках и мальчишечьим озорным взглядом — уже почти готовый боевой летчик, способный драться с фашистскими асами, пикировать, бомбить, прошивать меткими очередями вражеские машины, штурмовать неприятельскую пехоту. Дай ему только боевой самолет. Но ему не давали. И приходилось летать из тыла на фронт и вдоль фронта с письмами, газетами, оперативными документами. На его «уточке» не было никакого вооружения.

Однажды, доставив почту, Кораблев возвращался на свой аэродром. Дело было днем, шел низко, над самым берегом. И вдруг, в районе Сочи, крылом к крылу пристроился к нему «мессершмитт». Гитлеровские асы, вылетающие на "свободную охоту", любили нападать на такие безоружные самолеты — и риска никакого, и боевой счет растет. «Мессер» с выпущенным шасси и закрылками для уравнивания скорости с тихоходной машиной Кораблева — был на расстоянии нескольких метров. Гитлеровец не торопясь открыл фонарь, поднял средний и указательный пальцы вверх, а большим ткнул вниз, что могло означать лишь одно: на втором заходе тебе, сосунок, будет крышка!

"К чему второй заход? — подумал Кораблев за фрица. — Чуть приотстать и нажать гашетку…"

Но гитлеровец, должно быть, не мог отстать на своей скоростной машине. Исчерпал все резервы ее в этом смысле. И на заход не торопился. Продлевал удовольствие, играл, как с мышонком кот. Любовался своим мастерством, [186] держась, как привязанный, в пяти метрах от Кораблева и вместе с ним повторяя неровности берега, как бы обчерчивая его рельеф. Вот сволочь!

И вдруг Кораблев вспомнил: пистолет!

Незаметно отвел назад руку, вынул из кобуры «ТТ» и выстрелил прямо в красную, ухмыляющуюся физиономию аса. Тот вскинул руку, как бы защищаясь, и сразу обмяк. «Мессер» накренился, черкнул крылом по земле, кувыркнулся и взорвался в двадцати метрах позади машины Кораблева…

Так летчик Иван Кораблев открыл свой боевой счет. И бой этот, так неудачно начавшийся для него, принес, вероятно, самую легкую в его фронтовой жизни победу.

<p>Героический десант</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Крым: история, достопримечательности

Крымская весна
Крымская весна

Возвращение Крыма в Россию стало поистине всемирно-историческим событием. Но большинство получало о происходящем в Крыму крайне разноречивую информацию. Авторы книги являются непосредственными свидетелями событий «крымской весны». Как крымчане реагировали на киевский майдан? Почему молчал Путин? Почему так быстро «сдулось» проукраинское движение на полуострове? Где были «вежливые люди»? Правда ли, что крымчане голосовали «под дулами автоматов», что были массовые фальсификации и что крымские татары бойкотировали референдум? Ответы на эти вопросы читатель найдет в книге.Авторы убеждены, что крымские события не просто потрясли мировую общественность, а начали перерождение всей мировой политики, в которой России уготована важная роль. «Крымская весна» начинает новую главу мировой истории, прямо здесь и сейчас ее пишет гегелевский Мировой Дух. А Президент Владимир Путин стал не только защитником русского мира, но и главным героем этой исторической драмы.

Анатолий Владиславович Беляков , Олег Анатольевич Матвейчев

Публицистика
История Крыма
История Крыма

Крымский полуостров – «природная жемчужина Европы» – в силу своего географического положения и уникальных природных условий с античных времен являлся перекрестком многих морских транзитных дорог, соединявших различные государства, племена и народы. Наиболее известный «Великий шелковый путь» проходил через Крымский полуостров и связывал Римскую и Китайскую империи. Позднее он соединял между собой воедино все улусы монголо-татарской империи и сыграл значительную роль в политической и экономической жизни народов, населявших Европу, Азию и Китай.Таврика – таким было первое название полуострова, закрепившееся за ним с античных времен и, очевидно, полученное от имени древнейших племен тавров, населявших южную часть Крыма. Современное название «Крым» стало широко использоваться только после XIII века. «Къырым» – так назывался город, после захвата Северного Причерноморья построенный татаро-монголами на полуострове и являвшийся резиденцией наместника хана Золотой Орды. Вероятно, со временем название города распространилось на весь полуостров. Возможно, что название «Крым» произошло и от Перекопского перешейка – русское слово «перекоп» – это перевод тюркского слова «qirim», которое означает «ров». С XV века Крымский полуостров стали называть Таврией, а после его присоединения в 1783 году к России – Тавридой. Такое название получило и все Северное Причерноморье, которым с античных времен считалось северное побережье Черного и Азовского морей с прилегающими степными территориями.Крымский полуостров состоит из равнинно-степной, горно-лесной, южнобережной и керченской природно-климатических зон. Короткая теплая зима и продолжительное солнечное лето, богатый растительный и животный мир Крыма позволяли племенам и народам, с древности оседавшим на его землях, заниматься охотой, пчеловодством и рыболовством, скотоводством и земледелием. Наличие на полуострове большого количества месторождений железной руды помогало развиваться многим ремеслам, металлургии, горному делу. Яйлы – платообразные безлесные вершины Крымских гор, проходящих тремя грядами по югу полуострова от Севастополя до Феодосии, были удобными площадками для строительства укрепленных поселений, внезапно захватить которые было практически невозможно. Узкий восьмикилометровый Перекопский перешеек связывал Крымский полуостров с европейским материком и мешал воинственным племенам незамеченными входить в Крым для захвата рабов и добычи. Первые люди появились на крымской земле около ста тысяч лет назад. Позднее в Крыму в разное время обитали тавры и киммерийцы, скифы и греки, сарматы и римляне, готы, гунны, авары, болгары, хазары, славяне, печенеги, половцы, монголо-татары и крымские татары, итальянцы и турки. Их потомки живут на Крымском полуострове и сейчас. История Крыма – их жизнь и свершения.

Александр Радьевич Андреев

История

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии