Читаем Футбол - только ли игра? полностью

Незауряден, нестандартен и Александр Заваров. Сопернику нелегко к нему приспособиться именно в силу нестандартности: не знает, чего ожидать от Заварова в следующее мгновение. То ли он пойдет в обводку, то ли отдаст мяч и снова откроется. Так же играют Яковенко, Хидиятуллин в московском «Спартаке», Алейников в минском «Динамо». Это творческие, мыслящие футболисты. Современный футбол идет не только по пути интенсификации, но и развития игрового мышления: мгновенно оценить ситуацию, мгновенно принять решение.

Сегодняшние успехи Заварова все видят, но можно с уверенностью говорить и об успехах будущих не только потому, что он молод. А потому, что сумел добиться победы, пожалуй, самой трудной – победы над собой.

После первых удачных шагов в футболе сорвался. Закрутили приятели-собутыльники. Стал нарушать режим. Был дисквалифицирован и потерял два года. И все-таки справился с собой, поднялся – за это можно уважать. Великолепно сыграл в отборочном матче чемпионата Европы со сборной Франции. Вызвал восторг стадиона «Парк де пренс», французской прессы. На следующий день после игры подошел ко мне:

– Никита Павлович, вы, наверное, забыли, как отстаивали меня на спортивно-технической комиссии, когда решался вопрос, быть или не быть мне в футболе? Говорили, способный, подающий надежды, надо поверить ему, дать возможность исправиться… Спасибо вам.

Не скрою, был тронут. Но главное вовсе не во мне. Порадовала ответственность, с какой он отнесся к доверию, и способность к проявлению добрых чувств. Это немало для человека.

Сегодня они знамениты, на виду, на хорошем счету в мировом футболе. И Валерий Лобановский как опытный тренер следит, чтобы в команде не появились признаки «лучистой» болезни – завышенные самооценки, самомнение: «Их же без конца сравнивают то с Марадоной, то с Платини – где мальчишкам устоять?»

Но и сам старший тренер сборной страны и клубной команды «Динамо» (Киев) сегодня на виду. К нему приковано внимание журналистов, специалистов.

На семинаре тренеров в Италии, который провела в 1986 году национальная федерация футбола (собрались такие величины, достигшие высот тренерского искусства, как Теле Сантана, Карлос Билардо), Лобановского дотошно расспрашивали о его программе, основных принципах подготовки команды.

Мне пришлось выступать на аналогичном семинаре в Югославии с рассказом о работе наших ведущих тренеров, и тоже было немало вопросов о методике Лобановского. Она вызвала интерес, но возникли и сомнения. Один из тренеров сказал: «Безусловно, в той работе, о которой вы сообщили – короткой и мощной, – кроются большие возможности для успеха. Но такая подготовка, очевидно, быстро изнашивает организм, и некоторые футболисты раньше обычного закончат выступать. Не все такое выдержат». На что я ответил: Блохин играет больше семнадцати лет и десять из них готовился под руководством Лобановского.

Конечно, работа нелегкая, что и говорить, не для каждого. Так что идет отбор – остаются сильные, сильнейшие, с хорошими физическими возможностями, с крепким характером.

На тренировке как бы уже создаются условия матча, тот же самый режим. Все тактические упражнения выполняются на максимальной скорости.

Иногда минут за двадцать до конца игры видно, одна команда «садится», как мы говорим, «плывет», а другая в том же состоянии, что вышла на поле, и превосходит соперников в движении.

Не в одночасье родилась его система – за ней опыт, знание мировых достижений футбола, тенденций его развития, – и не сразу все прокричали одобрительное «ура!». Во всяком случае, многие ведущие игроки киевского «Динамо» поначалу ее приняли в штыки. Стоял даже вопрос, работать там Лобановскому или не работать. Но он сумел заставить игроков поверить в то, что предлагает. И успехи команды показали: тренер прав. Пополняя свою клубную команду, Валерий Васильевич прежде всего обращает внимание на скоростные данные футболиста, характер. Все остальное привьет и прежде всего – способность адаптироваться к высоким нагрузкам. Приглашает не только игроков уже сформировавшихся и проявивших себя. Так поступают в московском «Спартаке», московском «Динамо» и других сильных клубах, тренеры которых способны вывести своих воспитанников на высокий уровень.

Вполне понятно, что сегодня многие стремятся попасть в киевское «Динамо» – из-за высокой марки команды, ее международного авторитета. И уже не пугают разговоры о суровости ее тренера, авторитарности.

Суров ли Валерий Васильевич Лобановский на самом деле? Суров. Авторитарен ли? Авторитарен. Но подобные определения еще ни о чем не говорят. Любое абстрактное (назовем это так) человеческое свойство по-разному преломляется в личности.

Валерий Васильевич не терпит беспорядка даже в мелочах, малейшего нарушения дисциплины. Никому никаких поблажек, невзирая на имена и заслуги. Но я никогда не слышал, чтобы он кого-то оскорбил или унизил.

Перейти на страницу:

Все книги серии Звезды спорта

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Савва Морозов
Савва Морозов

Имя Саввы Тимофеевича Морозова — символ загадочности русской души. Что может быть непонятнее для иностранца, чем расчетливый коммерсант, оказывающий бескорыстную помощь частному театру? Или богатейший капиталист, который поддерживает революционное движение, тем самым подписывая себе и своему сословию смертный приговор, срок исполнения которого заранее не известен? Самый загадочный эпизод в биографии Морозова — его безвременная кончина в возрасте 43 лет — еще долго будет привлекать внимание любителей исторических тайн. Сегодня фигура известнейшего купца-мецената окружена непроницаемым ореолом таинственности. Этот ореол искажает реальный образ Саввы Морозова. Историк А. И. Федорец вдумчиво анализирует общественно-политические и эстетические взгляды Саввы Морозова, пытается понять мотивы его деятельности, причины и следствия отдельных поступков. А в конечном итоге — найти тончайшую грань между реальностью и вымыслом. Книга «Савва Морозов» — это портрет купца на фоне эпохи. Портрет, максимально очищенный от случайных и намеренных искажений. А значит — отражающий реальный облик одного из наиболее известных русских коммерсантов.

Анна Ильинична Федорец , Максим Горький

Биографии и Мемуары / История / Русская классическая проза / Образование и наука / Документальное
40 градусов в тени
40 градусов в тени

«40 градусов в тени» – автобиографический роман Юрия Гинзбурга.На пике своей карьеры герой, 50-летний доктор технических наук, профессор, специалист в области автомобилей и других самоходных машин, в начале 90-х переезжает из Челябинска в Израиль – своим ходом, на старенькой «Ауди-80», в сопровождении 16-летнего сына и чистопородного добермана. После многочисленных приключений в дороге он добирается до земли обетованной, где и испытывает на себе все «прелести» эмиграции высококвалифицированного интеллигентного человека с неподходящей для страны ассимиляции специальностью. Не желая, подобно многим своим собратьям, смириться с тотальной пролетаризацией советских эмигрантов, он открывает в Израиле ряд проектов, встречается со множеством людей, работает во многих странах Америки, Европы, Азии и Африки, и об этом ему тоже есть что рассказать!Обо всём этом – о жизни и карьере в СССР, о процессе эмиграции, об истинном лице Израиля, отлакированном в книгах отказников, о трансформации идеалов в реальность, о синдроме эмигранта, об особенностях работы в разных странах, о нестандартном и спорном выходе, который в конце концов находит герой романа, – и рассказывает автор своей книге.

Юрий Владимирович Гинзбург , Юрий Гинзбург

Биографии и Мемуары / Документальное