Читаем Газета День Литературы # 94 (2004 6) полностью

Владимир Бондаренко ЖИВОЙ МИР ЛИТЕРАТУРЫ



Как бы ни укорачивали ниспровергатели всех мастей литературу с пьедестала, как бы ни лишали её монополии на торжество русского духа, и поныне всё интересное в жизни России, по-моему, связано с русской литературой. Вот наконец-то, Виктор Пелевин получил чуть ли не первую русскую литературную премию за наиболее критически настроенный к нашей действительности, за первый свой социально заостренный роман..


Я рад, хотя болел, естественно, совсем за другого номинанта — Валентина Распутина, несмотря на его отказ от премии "Национальный бестселлер". И для меня важным знаком стал тот единственный балл, который дал на присуждении премии Валентину Распутину директор издательства "Ад Маргинем" Александр Иванов. Знаком влияния. Знаком действия русской литературы. Таким же знаком стали и последние статьи молодого Льва Пирогова, поставившего значимость книг Владимира Личутина и Леонида Бородина куда выше всей сиюминутной модной литературной расфасовки. Всё минет, а правда останется. Так видимо будет и в русской литературе.


Вот и Большая литературная премия Союза писателей России и "АЛРОСА" в этом году тоже определила достойных лауреатов. Тут и москвичи Леонид Бородин, и Михаил Лобанов, и Николай Коняев, и Савва Тарасов из Якутии, и Николай Скромный из Мурманска, и Владимир Шамшурин из Нижнего Новгорода. Попал в этот список, пусть и самым крайним, и я. Впервые уподобился стать лауреатом за книгу "Пламенные реакционеры", за пятьдесят портретов лучших русских патриотических писателей и художников, артистов и мыслителей, пусть и третьей, но общеписательской премии. Глядишь, со временем и до первой премии доберусь. Так что жить ещё стоит. Как говаривал Василий Белов: "Всё впереди". А книгу саму, кстати, можно купить и в редакции нашей газеты на Комсомольском, 13, и в киоске Союза писателей России.


А ряд-то хороший литературный образовался, тут и мой давний друг Леонид Бородин, и мой учитель и старший наставник Михаил Лобанов, и мой северный поморский земляк Николай Скромный; и пусть спорят друг с другом Бородин и Лобанов, пусть критикуют Коняева его соперники из знатоков поэзии Николая Рубцова, и осуждают за отношение к генералу Власову безоговорочные его противники и безоговорочные почитатели. Жизнь идёт, и литература пишется. Вот и очередной съезд русских писателей прошёл в русском городе Орле. Повидали друг друга, поговорили, уточнили позиции. Жаль, не увидел многих из знакомых. Ни Бородина, ни Дёгтева, ни Курбатова, ни Проханова. Как к ним ни относись, но из живого мира современной русской литературы их уже не выкинешь. Зато увидел в составе правления молодых Марину Струкову, Алексея Шорохова, Александра Ананичева. Побольше бы таких задиристых и пишущих. Ибо всё в конечном итоге в литературе определяется тем, что и как писатель написал. Всё остальное не просто вторично, а третично… И чем больше пишущие писатели будут определять действия нашего Союза писателей, тем будет лучше для русской литературы.


Перейти на страницу:

Все книги серии Газета День Литературы

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Биографии и Мемуары