Читаем Газета День Литературы # 94 (2004 6) полностью

Может быть, поэтому так грустно на съезде выступил Валентин Распутин, что не увидел активности этих молодых, не заметил их, потому и перестал надеяться. Нет, есть ещё порох в пороховницах, жива ещё современная русская литература. И как всегда, несмотря на желание иных литературных чиновников, вполне оппозиционна по отношению к нынешнему режиму. Что показала и совсем недавняя презентация книги-альбома "История либерализма в России" в галерее "Велта". Книга, ярко оформленная художником Владимиром Сальниковым и отпечатанная в Псковской областной типографии всего в количестве 300 нумерованных экземпляров, стала и литературным, и художественным событием июня. В книге содержится всего лишь три манифеста, зато каких: Бориса Березовского "Манифест российского либерализма" (и как итог картинка Сальникова "Либеральный изгнанник"), Михаила Ходорковского "Кризис либерализма в России", написанный так хорошо и убедительно, что автору его до сих пор пожимают руки в тюремной камере, и в заключение манифест Александра Проханова "Хороший либерализм — мёртвый либерализм". Доказательством прохановского заголовка стала вся яркая художественная акция в процессе презентации книги. Если либерализм загоняют в рамки какой-то мистической игры, театрализованного действа с домовыми и шаманами, значит точно, в живых его уже нет. Так играют только с мёртвыми. Да и сама роскошная книга стала как бы надгробием к неосуществленному русскому либерализму. Туда ему и дорога. А литература идёт своим путём. Литература, как остров надежды, не дающий народу исчезнуть в блистающей пустоте адовой бездны. Лишь за последнее время вышли "Перелом" Николая Скромного, "Огонь в степи" Андрея Воронцова, "На острове Буяне" Веры Галактионовой, "Патологии" Захара Прилепина, "Безымянный зверь" Евгения Чебалина, рассказы Свириденкова, Галковского, Шишкина, стихи Марины Струковой и Дианы Кан, Николая Колычева и Владимира Шемшученко, Светланы Сырневой и Алексея Шорохова…. Жива ещё наша литература, жива и Россия!

Мария Аввакумова ПАРАД ПЛАНЕТ



***


Вся эта жизнь — как город паутинный...


вот-вот прорвется крыша бытия.


Под пеленою, пыльной и полынной,


себя — всей жизнью — схоронила я.



Затрону перстью — пелена взметнется:


откроется из мглы полузнакомый вид,


где я жива, где сердце ярко бьется


и плоть, как факел огненный, летит.


Не трогай мрежи! Одного дыханья


достаточно, чтоб пелену смахнуть...


Твой космос рухнул в глубину сознанья.


И значит — здесь — кончается твой путь.


17.04.04



НАЧАЛО АПРЕЛЯ



В небе много тяжелой сини —


голубиной, размытой, стальной.


Там встречается время-разиня


с подследившей его весной.



Как девица, хотящая замуж,


отличила, она, наконец,


подходящего... нужного... так уж


подмочил ей подол молодец.



Стынут лужи весны-скороспелки


по ночам; а пробился день —


разыгрались, распрыгались белки


света вышнего врассыпень.


02.04.04



КИТАВРАСКА



Кончается вечер прощальный


с крестьянским трудом пополам, —


не то чтобы мы обнищали


и трудно без пахоты нам...



а то, что крестьянство забывший,


на труд сей возвысивший глас, —


он выгодно плюнет в Всевышних,


и Родину сдельно продаст.



Такая простая привязка...


однако, не сразу поймешь.


Крестьянка, она ж — китовраска:


всё вынесет, что ни положь.


24.04.04



***


Петушок на красной кружке


из рубинного стекла


ждет подружки, ждет пеструшки,


ждет... А жизнь текла-текла...


Дотекла до новой Пасхи:


красим яйца, тесто жмем


и, как наши бабки, счастья —


русского — уже не ждем.



Ехал грека через реку,


а по речке плыл навоз...


Выдай, Петя, кукареку,


разверни гармонью хвост!



Петушок на красной кружке


с каждым годом всё умней:


не видать ему подружки,


кроме личности моей.


09.04.04



ПО ПОВОДУ ПАРАДА ПЛАНЕТ



— Что происходит в небесах?


— Опять парад планет.


Такой оттуда льется страх!


Такой неверный свет!



Там — подготовка, там — муштра,


на то и есть парад.


А здесь с утра и до утра


всё спорят да бомбят.



От тех парадов здесь беда,


смерть, вопли и разор.


Ой, небо-батюшка, пора


сей прекратить позор.



Расставь все звезды, как всегда,


как было в первый час.


А по линейке никогда


не строй ни звезд, ни нас.


23.03.04

НАБОКОВЫМ ВЫШЛО (Беседа с Анатолием Ливри о скандале в благородном доме)



Перейти на страницу:

Все книги серии Газета День Литературы

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Биографии и Мемуары