— Хватит! Нет! Я сказал. Ну и пусть, что никто не видел. Но кем тогда для себя, я стану, сам для себя, если так подло поступлю перед своей совестью? Это будет означать что я, оказавшийся среди самых отбросов общества, окажусь ещё и прогнившим внутри. И тогда всё. Конец. Не будет никаких шансов на избавление. Зачем мне будет такая свобода. Это будет свобода червя. Я так не хочу.
— Глупец, — засмеялась, чёрная мысль в его подсознании. — Если ты не воспользуешься этим сейчас, ты ещё долго будешь с сожалением вспоминать мои советы. Когда будешь подыхать от голода и обиды. А всем будет наплевать на тебя.
— И всё-таки, нет. Может так и случиться, что я буду подыхать с голоду. Но за то, я буду, спокоен за то, что был честен. Не перед кем-то, а хотя бы с самим собой.
Он был твёрдо настроен и стал изучать информацию на визитке. На карточке, плотного мелованного картона, на матово бежевом фоне, красивым тёмно голубым шрифтом значилось: «Антон Ветров. Тренинги, тестирование, консультирование». Дальше следовали, номер телефона и адрес электронной почты.
Илья спрятал бумажник, засунув его в рукав, своей не по размеру большой джинсовой куртки. Он плотно застёгивался на манжете чеканной медной пуговицей. Так будет надёжней. Потерять не принадлежащие ему деньги, а тем более, позволить украсть или забрать, что вполне могло с ним случиться, он не мог себе позволить.
Теперь пора было бы и поесть. Потом он надеялся искупаться в реке и тщательно вымыться. После разыскать какой-нибудь секонд хенд, и купить по возможности новые брюки и футболку. А уж после, обретя относительно приличный вид, можно будет, и попросить позвонить, откуда-нибудь, не шокируя людей своим нынешним видом.
Зайдя в ближайший павильончик кафе, мальчик стал изучать витрину, еле сдерживая свой разыгравшийся аппетит.
— О… явление Христа народу, — проворчала дородная официантка. Тебе чего здесь надо мальчик?
— Мне бы поесть, — растерянно произнёс Илья.
— Поесть ему… — официантка выставила амбразурой тяжёлую грудь и подбоченилась. — А деньги то у тебя есть? Гаврош… А то, мы ведь не при коммунизме… бесплатных обедов не подаём.
— Да есть у меня деньги, — уже гордо, чувствуя себя хозяином положения, ответил мальчик.
— Ну, коли, есть, тогда заказывай. Клад что ли нашёл или обворовал кого? — уже через плечо, вытирая столик, после очередных посетителей, спросила женщина.
— Не… Мне дяденька дал. Хороший…
— Знаем мы таких дяденек. Наверное, нажрался на радостях с получки, да спит под забором. А к полуночи, после таких, как вы, придёт домой в одних трусах и городит жене всякую чушь. А потом унитаз до утра пугает, так что от такого эха в туалете, у соседей волосы дыбом. Барабашка мол в доме завёлся.
— Да ладно тебе Катерина… совсем мальца затюкала, — вступилась за Илью другая официантка. — У них и так детства нет. Чего тебе, сладенький?
Илья заказал куриный окорочк с картошкой, салат, пирожное и бутылочку газировки.
Заступившаяся за него официантка, принимая у него пятисотку, смерила его изумлённым взглядом. Но ничего не сказала и дала сдачу.
Несмотря на то, что кафе было не из лучших, еда там оказалась вполне пристойная и вкусная. Или может, это Илья был до такой степени голодный. Но это было уже не важно. Главное, что он вышел оттуда сытым и счастливым. Он прислонился к перилам на набережной, напротив гостиницы «Центральная», и с интересом наблюдал за проходящими баржами и пароходиками. Вот, если бы стать моряком… Мечтательно подумал Илья и спустился к реке, приводить себя в порядок.
Потом, ему захотелось прокатиться по городу, и он сел в первый, попавшийся пассажирский ПАЗик, заведомо протягивая мелочь кондуктору. Чтобы, наперёд избежать сварливого ворчания, которое уже привык воспринимать в свой адрес, как должное. Время было послеобеденное, да к тому же разгар лета. Поэтому свободные места имелись. И Илья забрался на самый зад, чтобы обращать на себя поменьше внимания. Ехать он собирался долго. До самой конечной остановки.
Но долго не получилось. Маршрутка, поднявшись в гору и делая остановки, минуя кремль и центральную площадь, проехала ещё минут пять и остановилась. Пассажиры высыпали из автобуса, и Илья догадался: «поезд дальше не идёт»… тогда, он тоже вышел.
Это была площадь Свободы. Позади остановки, простиралось большое жёлтое здание, с буквами на фасаде «АТОМЭНЕРГОПРОЕКТ». Впереди, через площадь, за цветочными рядами, располагался небольшой парк. Вот туда Илья решил и направиться, чтобы пересидеть в теньке жару июльского полдня.
Я и хиромантия