Так, за разговорами БТР выехал к расположенным рядом со складскими воротами главным грузовым воротам военного городка. Начальник штаба, по всей видимости, уже позвонил дежурному по КПП, и ворота раскрылись еще задолго до приближения бронетранспортера.
Сергей Николаевич привычно решил использовать время в дороге с пользой и, закрыв глаза, задремал. Очнулся он от дремотного состояния, когда бронетранспортер резко затормозил, а потом стал сдавать назад.
– Никого не протараним? – спросил Сергеев мехвода, имея в виду то, что задним ходом они въезжают в густое пылевое облако, в котором могут столкнуться с едущей сзади машиной.
– Так я никого не обгонял. Там нет никого, – отозвался младший сержант.
Бронетранспортер снова затормозил.
– Вот он, наш поворот, – сообщил мехвод, заезжая на щедро усыпанную шлаком дорогу и сразу добавляя скорость. – Проскочил малость.
На сей раз и двигатель, кажется, работал ровно, без перебоев. И ехали они все так же ровно, без резких рывков и не стремясь никого обогнать, поскольку автомобилей на этой дороге не было.
– Микроавтобус Следственного управления мы не обгоняли? – спросил Сергеев.
– Не видел следаков. Но мы сегодня рано выехали. Они, надо полагать, еще спят…
– И то верно… И нам того же желаю… – сказал старший лейтенант, снова закрыл глаза и провалился в дрему, как в омут нырнул. Проснулся он от наступившей тишины. БТР остановился, и мехвод выключил двигатель. А за спиной старшего лейтенанта зашевелились бойцы отделения силовой поддержки. Да и сам младший сержант слез со своего возвышенного кресла, на котором восседал во время поездки, словно на троне, и спросил Сергеева со стороны спины.
– Вдвоем пойдем, товарищ старший лейтенант, или возьмем с собой отделение?
– Если место помнишь, зачем с собой всех таскать, – решил Сергей Николаевич.
Младший сержант тут же открыл боковую дверцу-люк, автоматически опустилась лестница, и командир отделения вылез наружу. Сергеев открыл шире передний люк и вылез «на броню». В этот момент где-то в стороне, похоже, за дубравой, громыхнул взрыв. Видимо, работали монтажники линий электропередачи, они и понятия, скорее всего, не имели о том, что произошло на дороге неподалеку от них. Если выпадет свободное время, следует навестить этих монтажников. Может, кто-то из них что-то необычное увидел и запомнил.
Командир отделения силовой поддержки протянул старшему лейтенанту руку, желая помочь спуститься с «брони», но старший лейтенант только отмахнулся:
– Не женщина!
Сергеев перебросил через шею короткий ремень автомата, положил на оружие обе ладони и легко спрыгнул на склон.
– Двинули. Дорогу помнишь? – спросил старший лейтенант.
– Конечно… – с уверенностью ответил младший сержант. – Вокруг кустов. Здесь не заблудишься.
Шли они довольно долго. Сергей Николаевич уже мысленно ругал мехвода, что остановился там, где стреляли в спецназ ФСБ, а не там, где полковник Гаджигусейнов допрашивал младшего сержанта. Но наконец-то добрались до зарослей белой спиреи, которую начали обходить слева, по меньшему радиусу. И скоро добрались до узкого и в метр высотой пролома в зарослях.
– Кабанья тропа! – с некоторым даже торжеством объявил командир отделения силовой поддержки.
– А самих этих… кабанов сейчас там нет?
– Не могу знать, товарищ старший лейтенант. В прошлый раз не было. Но они звери такие – осторожные. Нас в прошлый раз было много. Шли, не таясь. Разговаривали громко, две группы по моему приказу перекликались. Запросто могли кабанов спугнуть, и они убежали. А сейчас нас только двое, идем, почти не разговариваем. Могут и внутри остаться.
– Ты вообще знаешь, что такое кабан? Охотился на него хоть раз?
– Никак нет. Не доводилось.
– Кабан плохо видит, но хорошо слышит. И если побежит в какую-то сторону, то ему все равно будет, от кого бежать – от человека или не человека. Он побежит по тропе. Ее он по запаху найдет, а вблизи сможет и увидеть. А если кого-то рядом с тропой увидит, кроме другого кабана, понятно, то в слепой ярости нападет. А кабан – это, извини уж, сто с лишним кило одних мышц, это тебе не домашняя свинья. Да еще и клыки мощные. Кабан в тайге, я сам видео смотрел, иногда тигру и медведю дорогу не уступает. А уж о человеке и говорить нечего – сразу в атаку ринется.
Младший сержант смотрел на старшего лейтенанта круглыми выпученными глазами и вдруг в испуге заорал:
– Кабан!