Читаем Город. Новый Год (СИ) полностью

Уже наутро в бинокль мы увидим на Орджоникидзе труп убитого. Неестественно скрючившись, он держался за пах. После этого кличка "Евнух" к пулеметчику прилипла намертво. Ну а пока все готовились к отбою. Генерал разрешил личному составу отойти ко сну, однако при этом мы должны были держать оружие под рукой и быть полностью готовыми к действиям. Ни разуваться, ни раздеваться, ни даже снимать с себя бронежилеты категорически не разрешалось. Автоматный ремень должен был быть намотан на руку. Единственный предмет, который разрешалось с себя снять, была шапка. И та под голову. Злые, многие голодные, мы готовились отойти ко сну. Набивали магазины, чистили оружие в неровном свете самодельных костерков, кто-то даже писал письма. Я сидел и курил, смотря на огонь. Писать домой не хотелось. Да и о чем? "Здравствуй, мама! Пишу тебе на сапоге убитого товарища...". Эта шутка, заходившая по армии еще со времен Афганистана, как никогда вызывала у меня оторопь. Скорее, хотелось что-нибудь соврать, написать о том, что мы сейчас на территории своего военного городка, опять чистим ебаный плац или занимаемся бесконечно-надоевшей строевой. А кому еще можно начеркать пару строк? Нине? Ей-то уж тем более ничего не надо знать. Помню, как раньше по городу ходили "афганцы", как от них на дискотеках люди расступались, потому что, мол "они бешеные, отбитые". Кому-то везло в семейной жизни. А кому-то этот сраный "интернациональный долг" всю жизнь попортил.

Вообще о будущем думать не хотелось. Мысли о том, что на тебя падет очередное клеймо "неадекватного отморозка", словно бы ты сам виноват, что попал в это дерьмо, изрядно угнетали. "Ну я же вас туда не посылал!" Э нет, братец, это ТЫ послал! ТЫ! Ты работник системы, которая забрала меня из дома и отправила на два года выполнять мифический долг перед родиной, к которой я не имею ни малейшего отношения. У меня даже паспорт с обложкой СССР. Я гражданин России? Пфе, что это такое? Terra Incognita, страна пресвитера Иоанна XXI века, Дикое, мать его, Поле современности. Территория, населенная ста сорока восемью миллионами человек, которая фактически никем не управляется и никому не принадлежит. Что, у нее есть правительство, герб, флаг, гимн и прочие атрибуты государственности? Не аргумент. На заборе тоже много чего написано, а за ним дрова лежат и огород вкусный. Вот и страна наша превратилась в один большой огород, который очень вкусно "бомбить". И всем глубоко насрать, что где-то там, за МКАДом на обломках великой страны пытаются выжить миллионы человек. Зачем о них париться? Кому они нужны?

Вот и получается, что я гражданин несуществующей в моих же собственных документах страны, выполняю несуществующий перед ней долг и потом какое-нибудь всратое быдло с ряшкой поперек себя толще станет меня убеждать, что оно мне ничего не должно и меня туда не посылало?!

Я усмехнулся и зажал сигарету уголком губ, смотря прищурившись на огонь, а мысли продолжали дождевыми червями склизко возиться у меня в голове своим липким клубком...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза