Третья история. Женщина из центрального региона России рассказала о неудачной жизни и семье своего брата, который уже в зрелом возрасте повторно женился. Его супруга страдала бесплодием. Когда обоим родителям было под сорок, возникла неожиданная беременность, которую они решительно хотели прервать, ссылаясь знакомым и родственникам на болезни. Однако по настойчивому совету близких друзей и трезвому расчёту беременность была оставлена — о чём будущие родители никого не поставили в известность. История всплыла на свет, когда родился недоношенный 8-месячный ребёнок. Это событие всеми было встречено с радостью. Но физически ребёнок развивался плохо, отставая от сверстников. К тому же впервые годы обозначились хронические заболевания желудочно-кишечного тракта. Однако в умственном отношении ребёнок опережал всех детей. К 4 годам он разбирался в вопросах эксплуатации компьютера лучше отца, а к 6 годам мог вести беседу со взрослыми едва ли не на равных. В детском саду он обгонял всех. В возрасте мальчика около 10 лет трагически умирает отец. А ещё через пару лет ребёнок стаёт самым последним в классе: задания не выполняет, грубит учителям, регулярно пропускает занятия. В условиях отсутствия отца и из сочувствия семье учителя долго терпели подобное девиантное поведение, но всё же он был исключён из школы до окончания 9 класса. Всё это время мальчик упорно поглощал компьютерные знания, отучился держать в руках книгу. Увлекался так называемой анимацией, китайским языком и прочей «чертовщиной» (со слов женщины). По телефону незнакомому человеку отвечал на китайском языке — многие бросали трубку, полагая, что ошиблись номером. Мальчик не признавал близких, прочая (не виртуальная) жизнь мира его не интересовала, но весьма охотно собирался послужить для родины в армии. Всё так и продолжалось до момента моего знакомства с женщиной.
Взгляд на минздрав из залов конгресса
Вот такая интересная отрасль психологии (перинатальная) возникла на рубеже перестройки, благодаря которой и проникла в бывший СССР через проржавевший «железный занавес». Она показала каждому думающему члену общества, какие радужные перспективы ожидают человечество; что не пресловутые экономика и машины сделают мир богаче и счастливее, что гармония в стране достижима без насилия над классами и без коммунистических вывертов.
Моментом истины для России стал XVII Всемирный конгресс в Москве в мае 2007 года Международного Общества пренатальной и перинатальной психологии и медицины «Внутриутробный ребенок и общество. Роль пренатальной психологии в акушерстве, неонатологии, психотерапии, психологии и социологии», на котором мне посчастливилось быть участником и членом оргкомитета. Поражало как большое число приглашённых ведущих иностранных специалистов, так и ничтожное количество участников и слушателей с российской стороны (200–300 человек). Но если первое было заслугой оргкомитета, то второе — на совести московских властей. В прессу не просочилась информация о конгрессе. В течение года до открытия министерство здравоохранения регулярно получало приглашения на конгресс. Но из Москвы на конгрессе не было ни одного профессора от акушерства: какой-то закулисный режиссёр «комедии» сказал «Нет!». Для «оправдания» придумали какое-то ведомственное совещание, на конгресс же прислали молодую симпатичную чиновницу, вчерашнюю выпускницу ВУЗа, которая заслонила своей «мужественной» грудью расслабленный Минздрав. Конечно, акушеры-гинекологи там были. К примеру, профессор Абрамченко из Питера. Он с упоением рассказал о быстрых и эффективных методах производства абортов, которыми успешно овладел. Участники конгресса почти единодушно захлопали его, а кто-то из зала назвал его выступление кощунственным. Не для всех этот конгресс прошёл благополучно. Через несколько дней после конгресса скоропостижно скончался один из членов оргкомитета.
Детский дом: спасите наши души