Но если бы массы
И поэтому тогда, когда мы заранее гравитационную постоянную преобразовываем в дробь, в знаменателе которой теперь должна стоять некая гигантская величина потока квантов (для получения в результате малой величины G), то эта гигантская величина этого потока (порядок которой мы определим чуть ниже), будет показывать как бы тот запас
, те «силовые линии» возможной напряжённости гравитации, по которым, посредством которых можно совершать в реальном вакууме гигантскую работу для гигантских масс.И поэтому на фоне этого возможного запаса
гравитационных сил наши хилые единичные килограммы будут излучать лишь весьма малые, но зато направленные ими, потоки тех квантов друг в сторону друга (которые, поскольку они – «направленные», то мы их называем «полями» этих тел), которые будут еле заметными на фоне реальных гигантских потоков, действующих в вакууме в то же самое время в том же самом месте в том же самом направлении.Малую словно бы «проницаемость» гравитационного вакуума для малых масс можно ассоциировать ещё и с тем, что лишь какие-то единичные силовые линии гигантского потока, прошивающего весь ощутимый даже нашим глазом объём килограмма массы, будут натыкаться на фактически абсолютно дырявую структуру распределения в этом объёме истинных гравитационных ядер электромагнитных частиц этой «массы» («макро-тела»).
И поэтому лишь крайне малая часть из всего возможного налетающего потока будет реально работать
на создание гравитационного поля нашей малой «массы». Однако если бы мы поместили в ту площадку того объёма нашего «килограмма», которую прошивает реальный поток гравитационных квантов в заданном («рабочем») направлении, множество гравитационных ядер множества электромагнитных частиц, когда бы каждая нитка-поток внешних квантов точно бы попадала на своё ядро этой площадки, вот тогда бы мы использовали все 100 % возможностей создания нашим бывшим «килограммом», а теперь – ставшим «гигантской массой», создания максимально-возможного поля для данной «предельной» массы. Но в реальном космосе таких «предельных» масс, помещённых в заданный объём, просто не существует вообще нигде, даже внутри какой-нибудь чёрной-пречёрной дыры. То есть сам потенциал возможных полей гравитации – поистине гигантский. И в полной мере он наверняка не используется даже в момент Большого Взрыва Вселенной (в «точке» её сингулярности).Поскольку значение гравитационной постоянной G измерено физиками очень точно,
то если бы знать хотя бы приблизительно «плотность потока гравитационных квантов» (Q), то можно было бы определить порядок скорости распространения гравитационного излучения (V). А также и наоборот: если бы узнать (реально измерить
) скорость распространения гравитационного излучения (V), то мы бы определили плотность (в килограммах массы на кубический метр) гравитационного вакуума. И поскольку эта плотность не должна сильно изменяться во всей области гигантской Гравитационной Скорлупы Снежинки, где кружат тысячи или миллионы, или миллиарды вселенных, то мы бы сильно приблизились к следующей задаче: к задаче поиска плотности преонного вакуума, который рано или поздно собирается весь – в космической области Капли, где тают все эти Снежинки, давая затем начало новому Гигантскому циклу следующей пульсации, укладывающейся в ряд: преонная Капля, Снежинки, вселенные, метагалактики, галактики, звёзды, планеты, Разумные Цивилизации. И как же тогда нам смогут помочь в этом ряду «кривые пространства» какой-нибудь «десятой математической мерности»?Мы следуем всегда чётко – по пути Ньютона, то есть только
по пути классики. И только на этом пути видим некоторые (дорожные) указатели – в виде тех явных подсказок, зашифрованных в этих указателях.Итак, ньютонову гравитационную постоянную мы только что разложили на две отдельные постоянные, имеющие в космосе свои чёткие значения, неведомые, однако, пока людям.
Но с ними работать (по отдельности) будет уже явно легче. Это – чуть ли не очевидно.