Читаем Грозный год - 1919-й. Огни в бухте полностью

- И еще - вобла! - сказал Мусенко. - А после воблы астраханец любит и чайком побаловаться. Сперва калмыцким, потом и русским. Хорошее это занятие! - смеясь, заключил он и потянулся к тарелке с воблой.

- Хорошо, конечно, калмыцкий чай заваривать на молоке, - печально сказала Сергеевна, - да где его взять?

- Да пить с бараньим салом! - подмигнул ей Чугунов.

- Да со свежими булочками!.. - расхохотался Аристов. - Да с брынзой!..

- Да с блинчиками совсем неплохо, - рассмеялся Петр Степанович.

За столом царило веселое оживление, это было настоящее астраханское чаепитие! Кирову и чай очень понравился, понравились хозяева и гости. Много нового и полезного он узнал для себя, новые человеческие судьбы раскрылись перед ним за нехитрым занятием - чаепитием…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Во втором часу ночи одним из последних с партийной конференции ушел командир Н-ского полка Савва Ионов.

- Погодка, будь ты проклята! - то и дело ругался Ионов. Ветер пригоршнями швырял в лицо мелкий, зернистый снег, слепил глаза, пробирался за воротник.

Командир полка проклинал все: и погодку, и эти темные астраханские улицы, и затянувшуюся до полуночи конференцию. Ко всему этому Ионова страшно мучило ощущение голода. С самого утра он почти ничего не ел. Во рту было гадко от махорки, нестерпимо болела голова.

Несмотря на темноту и метель, Ионов шагал к Агабабову переулками, опасаясь встречи со знакомыми.

Вчера он не стал бы этого делать, но после сегодняшней партийной конференции он был растерян.

В доме миллионера его давно ждали. Надеялись, что конференция, начавшаяся в двенадцать часов дня, наверняка закончится к семи. А она вон как затянулась!

Столовая в агабабовском доме была просторная. Посреди стоял огромный стол, рассчитанный человек на пятьдесят. И стол, и стулья с высокими резными спинками, и буфет большой, и буфет маленький - все было мрачным, тяжелым, из орехового дерева. Стены в столовой были выкрашены под цвет мебели, с потемневших от времени портретов глядели предки Агабабовых. Среди них особенно выделялся портрет Григория Агабабова, написанный неизвестным голландским художником. За несколько лет до смерти старик Агабабов долго путешествовал по Европе, заключая контракты на поставку паюсной и зернистой икры, белорыбицы, соленой и вяленой рыбы, изучая заграничные методы рыболовства. Он смотрел с портрета как живой - хищник с орлиным взглядом и крепко сжатыми губами.

После смерти Григорий Агабабов оставил сыновьям в наследство крупные волжские промыслы: Епраксинский, Василисинский, Никитинский, Ильинский, Больше-Бузанский, Шараповский, Ново-Тобольский и другие. Из трех братьев Агабабовых только старший, Акоп, был рыбником по призванию. Это был невзрачный, некрасивый и горбатый человек. При ходьбе он заметно припадал на правую ногу. На изъеденном оспой лице хищно поблескивали маленькие глазки.

Средний брат, Давид, был присяжным заседателем Астраханского окружного суда и гласным земской управы. В дела Акопа он не вмешивался, да и не любил их.

Младший, Артемий, скотопромышленник, имел в Астрахани и в Царицыне хорошие конные заводы, ему принадлежали многотысячные отары овец в калмыцкой и киргизской степях.

Кроме трех братьев Агабабовых в столовой присутствовал один из главарей астраханской контрреволюции, крупный купец и рыбник Винницкий.

Находился в столовой и астраханский «рыбный король» - Павел Беззубиков, сын известного в то время рыбопромышленника. Беззубиковым еще совсем недавно принадлежали Ново-Рачинский и Чуркинский станы, Басаргинский водный участок, один из самых крупных и богатых в дельте Волги, рыбокоптильные заводы, шаланды, морские суда, судоремонтные мастерские и много другого движимого и недвижимого имущества.

Были здесь также недавние миллионеры - Солдатов и Сторожев.

Присутствовал и страж интересов английских торговых фирм английский вице-консул А.-Р. Хоу.

Много миллионов было вложено английскими промышленниками в торговые фирмы «Колесников и сын», «Каспийское товарищество», в нефтепромышленное общество «Мазут», в астраханские предприятия фирм «Братья Нобель» и «М. Г. Волков и сын».

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о князе Владимире
10 мифов о князе Владимире

К премьере фильма «ВИКИНГ», посвященного князю Владимиру.НОВАЯ книга от автора бестселлеров «10 тысяч лет русской истории. Запрещенная Русь» и «Велесова Русь. Летопись Льда и Огня».Нет в истории Древней Руси более мифологизированной, противоречивой и спорной фигуры, чем Владимир Святой. Его прославляют как Равноапостольного Крестителя, подарившего нашему народу великое будущее. Его проклинают как кровавого тирана, обращавшего Русь в новую веру огнем и мечом. Его превозносят как мудрого государя, которого благодарный народ величал Красным Солнышком. Его обличают как «насильника» и чуть ли не сексуального маньяка.Что в этих мифах заслуживает доверия, а что — безусловная ложь?Правда ли, что «незаконнорожденный сын рабыни» Владимир «дорвался до власти на мечах викингов»?Почему он выбрал Христианство, хотя в X веке на подъеме был Ислам?Стало ли Крещение Руси добровольным или принудительным? Верить ли слухам об огромном гареме Владимира Святого и обвинениям в «растлении жен и девиц» (чего стоит одна только история Рогнеды, которую он якобы «взял силой» на глазах у родителей, а затем убил их)?За что его так ненавидят и «неоязычники», и либеральная «пятая колонна»?И что утаивает церковный официоз и замалчивает государственная пропаганда?Это историческое расследование опровергает самые расхожие мифы о князе Владимире, переосмысленные в фильме «Викинг».

Наталья Павловна Павлищева

История / Проза / Историческая проза
Аквитанская львица
Аквитанская львица

Новый исторический роман Дмитрия Агалакова посвящен самой известной и блистательной королеве западноевропейского Средневековья — Алиеноре Аквитанской. Вся жизнь этой королевы — одно большое приключение. Благодаря пылкому нраву и двум замужествам она умудрилась дать наследников и французской, и английской короне. Ее сыном был легендарный король Англии Ричард Львиное Сердце, а правнуком — самый почитаемый король Франции, Людовик Святой.Роман охватывает ранний и самый яркий период жизни Алиеноры, когда она была женой короля Франции Людовика Седьмого. Именно этой супружеской паре принадлежит инициатива Второго крестового похода, в котором Алиенора принимала участие вместе с мужем. Политические авантюры, посещение крестоносцами столицы мира Константинополя, поход в Святую землю за Гробом Господним, битвы с сарацинами и самый скандальный любовный роман, взволновавший Средневековье, раскроют для читателя образ «аквитанской львицы» на фоне великих событий XII века, разворачивающихся на обширной территории от Англии до Палестины.

Дмитрий Валентинович Агалаков

Проза / Историческая проза