Читаем i d16b417345d62ea9 полностью

  - А у меня был выбор? Ты будешь делать дело или будешь сотрясать воздух хоботком во рту? - руками замысловатую конструкцию разомкнуть никак не удавалось. Олег раскачивал, тряс, пытался прокрутить, развести, но деревянные кандалы держались крепко.

  - Слышь, ты, летающая мечта пчеловода, - взмок от усилий капитан и задышал, как паровоз перед троганием состава с места в неизвестный путь, - крепка дерюжка, никак не совладаю, однако. Может камень, какой есть перетереть, или хоть риску углубить, а то гнётся, зараза, и не ломается. Раззг раздумывал не долго. Олег почувствовал короткое движение и услышал неприятный хруст, пчёл качнулся, выдохнул и протянул что-то в правой передней лапе себе за спину.

  В четырёхпалой, черной ладони покрытой сверху хитиновой броней-чешуёй был мокрый от внутренней жидкости один из жвал выдраный живьём из рта Раззга.

  - Спятил, идиот! Ты что делаешь? Помрёшь! Господи! Самосадист хренов! Как потом лететь будешь? - вытаращил глаза Олег. Насекомый чуть присел назад приложив левую переднюю лапу к зияющей прорехе в том месте где у хомо сапиенс находится правая челюсть.

  - Бери человек. Чтоб лететь рот не нужен. А если получится в Рое и не такое могут починить, - сплюнул желтоватой жидкостью Раззг, - давай - пили, а то вернётся Зонги и передумает.

  - А ты меня вообще поднять то сможешь? - усомнился Зубов, прилаживая к веригам кривую пилку. Хитиновые зубцы оказались очень острыми, твёрдыми и хорошо дербанили поперёк деревяху, что сковывала крылья. Мелкие щепки полетели на желтый и черный мех тигропчёла.

  - Ты вообще про пчёл что знаешь - гигантский червяк?

  - Сам ты червяк, - вжикал раз за разом неудобной пилой Олег, боясь задеть сочленения крыла с суставом плечевой сумки мыслящего насекомого, - я вообще-то скелет имею внутренний, хордовые мы. А вы у нас вместо инструмента для работы существуете.

  - Чего? - усомнился Раззг, - да я тебя одной передней левой размажу по стене, вода ходячая.

  - Ты не переживай, - почти на половину распилил верхнюю половину сложной конструкции Зубов, - мы вас ещё в медицине используем: там яд выделяем, мёд, воск, пыльцу и прочее. Так что полезные вы у нас насекомые, - подумал о тараканах с усами Олег.

  - Ты не ёрничай, кальцийхлорашдвао, а то - как ужалю, будет тебе и медицина, и сладенькое и на горячее останется, - послал свои собственные ироничные издёвки в мозг человека и пугнул Зубова Раззг, - Долго ещё?

  - Щас, погоди зебра, отдохну - крепкая древесина - руки устали. Уух. Тебе там не болит по живому зубы то рвать? - пожалел коллегу по несчастью Олег.

  - Болит. Потерплю. Свобода дороже. Рой - ждёт информацию, - оправдал своё самопожертвование крылатый разведчик.

  - А, так ты не для себя значит? Для роя стараешься? - уточнил капитан, расслабляя мышцы.

  - Ты вроде тоже солдат и для своего Роя жизнью рискуешь? - чуть повернул голову так чтоб зацепить силуэт офицера полем зрения глаза на лбу Раззг.

  - Да тут мы с тобой похожи. Давай если зацеплю - кричи.

  - Ладно, - мысленно усмехнулся пчёл, - крикну, услышишь. Пили - дровосек.

  - Снова в голову лезешь?

  - Нет - видел как они наш лес пытались рубить. Ну и влез кое кому в голову без спроса.

  - Они? Кто они?

  - Англы. Прорвались раз и накинулись на реликтовый посев у моря.

  - И что?

  - Мы их, как это по вашему - утилизировали. Несколько особей для изучения оставили. А остальных бойцы порвали во время рубки.

  - Так у вас ещё и бойцы есть?

  - Есть - воины.

  - Они что особенные? Не такие как ты?

  - Такие , только тяжелее и больше раза в три.

  - Больше? Куда больше-то?

  - Зато я могу в пять раз дальше лететь на одном джеде.

  - А джед это что? - прищурился Зуб и смахнул пот со лба.

  - Запас сахаробразного, как бы "топлива" по вашему. У меня он больше, вес меньше - лечу дальше и быстрее, работаю дольше... - разведка дело - хлопотное.

  - Снова в голову лезешь?

  - Нет. Тут слав до тебя был. Похож очень. Смелый парень.

  - А что был?

  - Закентаврили его... соображаешь? - крутнул усиками на голове в разные стороны пчёлоос.

  - Да ну? Это как?

  - Как, как - ты не отрывайся Орлег, пили, - потребовала "пчёлка" и продолжили разъяснять,- Взяли и сунули на "ферму Зонги", а вышел уже с другим мозгом, мыслями и телом.

  - А что ты там трендел про то, что мол вы наши предки? А Зонги вообще после вас был?

  - Много хочешь знать человек за один раз. Давай вначале вырвемся из конуса-клетки.

  - Лады. Ооп! - деревяшки с шорохом прошелестели по меху насекомого, стукнули о хитин сочленения средней ноги и тихо бухнулись в песок под Раззгом.

  - Слезай, - попросил устало летающий тигр замершего на спине Олега, - надо мышцы крыльев размять. Затекли.

  - Слово дай, что без меня не смоешься! А то...,- острый наконечник вырванного жвала упёрся в голову пчелы за средним лобным простым глазом.

  - Клянусь Роем, - не раздумывая согласился Раззг, замерев на месте. Олег слез со спины и протянул острый, изогнутый и пилообразный кусок хитина хозяину.

  - На. А то помрёшь ещё от голода, -.

  - Не веришь?

  - А то ты не умеешь врать?

  - Не неумею - не могу. Это у вас можно. У нас не получается. Этот процесс ДНК не предусмотрен.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ледяной плен
Ледяной плен

«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!Говорят, где-то во льдах Антарктики скрыта тайная фашистская база «211». Во время Второй мировой войны там разрабатывались секретные виды оружия, которые и сейчас, по прошествии ста лет, способны помочь остаткам человечества очистить поверхность от радиации и порожденных ею монстров. Но для девушки Леры важно лишь одно: возможно, там, в ледяном плену, уже двадцать лет томятся ее пропавшие без вести родители…

Alony , Дмитрий Александрович Федосеев , Игорь Вардунас , Игорь Владимирович Вардунас

Фантастика / Исторические любовные романы / Боевая фантастика / Постапокалипсис / Прочая старинная литература / Древние книги
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги / Публицистика / Культурология