О, Боже всемогущий, преславный, единый, святой! Помоги мне раз навсегда во Имя Твое святое иссушить и изничтожить в себе эту принадлежность себе самому! Господи Боже мой! Да живет и да процветает и приносит обильнейшие плоды во мне вся моя принадлежность Тебе на счет принадлежности во мне самому себе! Боже, Царь мой! Я ничего не хочу, как только того, чтобы всем моим существом принадлежать Тебе, и принадлежать вечно и бесконечно. Боже всесвятой!
О, как хорошо и сладко принадлежать Тебе, и только Тебе одному. Я другого блаженства не знаю, кроме единого блаженства быть Твоим и Тебя иметь своим. Это такое самое наивысшее, всесовершеннейшее блаженство, равного которому нет ни на земле, ни на небе.
О, сладко и пресладко быть с Тобою и себя самого чувствовать и ощущать в Тебе Самом, моем Боге!
О, Господи Боже мой! Благодарю Тебя за то, что я, как человек, имею в себе идею о Тебе. Благодарю Тебя, Триипостасный Бог, за то, что Ты вложил в меня силу, закон принадлежности Тебе, моему Творцу и Создателю! Благодарю Тебя, мой Творец и Создатель, за то, что Ты дал мне совесть, различающую добро от зла и оправдывающую первое и осуждающую второе. Благодарю Тебя, Мой Творец и Создатель, за то, что Ты открыл Себя Самого для меня и во мне, даже в самой космической природе. Благодарю Тебя, что Ты наградил меня естественною нравственностью, законом откровения о Себе. Благодарю Тебя, наконец, за то, что Ты в лице единородного Сына Своего открыл Себя Самого всему миру, что Ты есть Триипостасный Бог, Отец Бог, Спаситель и Утешитель всего сущего. За все благодарю Тебя и славлю и воспеваю моего безначального, вечного Бога, аминь.
§ 8. Пронский мужской монастырь
Девятый год мне. В этом году моей жизни я стал уже хорошо читать по-славянски. Приблизительно в августе месяце к нам в дом пришел из Пронского мужского монастыря послушник, по имени Степан, а впоследствии он был в том же самом монастыре иеромонахом Киридатом. Послушник этот был уроженец нашей Козинки. Раньше, до монастыря, он временами или юродствовал, или просто безумствовал. Так вот он и теперь, пришедши к нам в дом, просит мою маму, чтобы она отпустила меня с ним в монастырь на несколько дней. В этот день я только что с поля пригнал своих овец.
Когда я вошел в избу, то увидел этого послушника Степана. Поздоровался с ним и, узнав цель его прихода, я тотчас согласился, и вот мы в тот же самый день отправились в монастырь. В монастыре мне понравилось, и я остался в нем. На меня в первый же день какое-то мистическое произвела впечатление самая монашеская одежда, особенно мантия.