Дети играли в снежки. Стена давно разрушена, и вороны больше не отгоняют от нее вольный народ, но дети и внуки тех, кто когда-то ходил в налеты, из остатков подтаявшего весной снега построили свою маленькую стену и обстреливали друг друга через нее. Джон смотрел на играющую детвору с грустной полуулыбкой, вспоминая собственное детство. Теперь он снова — лорд-командующий Ночного Дозора, но никакого Дозора, в сущности, больше нет. Зато есть вольный народ, окруживший Джона уважением и любовью. Так кто же он теперь — Король-за-Стеной? Король Ночи?.. Неважно. Он снова один.
— Хар-р-р! — разделось над ухом знакомое громыхание. — Не вешай нос, Джон Сноу!
Подошедший Тормунд хлопнул его по плечу и подмигнул.
— Столько девиц тебе улыбаются. Любая из них готова согреть тебе постель. Ну, давай же, не строй из себя ворону-недотрогу.
Джон покачал головой.
— В другой раз.
— Что, ждешь кого-то особенного? Навроде моей медведицы? — Тормунд ухмыльнулся. — Ну, жди-жди, только смотри, не отморозь свою штучку — весна весной, а ночи-то пока холодные!
«Жду, — подумал Джон, провожая взглядом уходящего Тормунда, на ходу сгибающегося от хохота над своей собственной шуткой. — Жду».
Он окинул взглядом то, что осталось от Стены — подтаявшие глыбы льда, просевший ноздреватый снег, — и отчетливо осознал, что на самом деле в глубине души теплится надежда увидеть, как мелькнет в сумерках тоненький силуэт Арьи, отправившейся в кругосветное путешествие, и тихий голос произнесет на ухо:
— Я передумала! Я останусь с тобой.