– В итоговом результате указан процент от числа проголосовавших, а не от общего количества имеющих право голоса, – заметила моё недоумение и поспешила объяснить Бионика. – Но если бы ваше высочество проголосовали за себя, вы бы стали новым Императором!
Я ничего не ответил своей помощнице, хотя досада от упущенной возможности меня распирала. В это время на огромном экране, транслирующем изображение с внешней камеры, космическое пространство потемнело и скрутилось в туннель, звёзды потускнели и начали со всё большей скоростью перемещаться по монитору. Флот Унатари выступил на войну с чужими в Пятнадцатом Секторе Периметра.
– Что это вообще было, Георг?! – советница по внешней политике разъярённой фурией ворвалась в мои личные покои, всем своим видом демонстрируя негодование. – Не наигрался в «войнушку»? Мало тебе чужих, решил и всему человечеству доказать свою силу? Почему ты не проголосовал и не закончил тем самым эту дурацкую войну?!
– Неужели ты всерьёз считаешь, что я отказался бы стать Императором, имейся такая возможность? – кажется, из-за сильного раздражения я переборщил с громкостью голоса, так как сестра испуганно отшатнулась.
Пришлось извиняться и уже нормальным тоном рассказывать о произошедшем. Катерина была весьма удивлена, так как тоже не подозревала о существовании подобных ограничений.
– Плохо получилось… – недовольно скривилась сестрёнка. – Понимаешь, брат, если бы за тебя вообще не было возможности проголосовать, твоя кандидатура получила бы ноль голосов. Но в этом случае все в галактике поняли бы нелепость подобного результата и усомнились бы в честности выборов. А сейчас результат объявлен, опротестовать его возможности нет. Но погоди… А почему ты не проголосовал за любого из своих детей? Они все несовершеннолетние, и ты стал бы регентом.
– Честно говоря, даже мысли такой не возникло, – признался я в своём тугодумстве, но Катерина уже произвела расчёты и отрицательно помотала головой.
– Хотя… нет, не получилось бы. За твоих дочерей практически никто не голосовал, у всех четырёх близкие к нулю результаты, а Георга-младшего вообще нет в списках. Поэтому даже с теми тридцатью двумя процентами голосов, которые тебе доверили, они бы проиграли. У сына Императора выходило на пару процентов больше, он бы всё равно победил…
– Нужно было голосовать за меня, – подала голос принцесса Астра, в другом конце комнаты рисующая выкройку нового платья для миниатюрной девушки-эльвиянки. – За меня набралось четыре с половиной процента голосов. И если бы кронпринц Георг дополнительно отдал за меня голоса доверившихся ему аристократов, я бы победила и стала Императрицей. А потом просто отказалась бы от власти в пользу кронпринца Георга или объявила бы его своим официальным супругом. В общем, нашла бы способ, как сделать своего хозяина Императором.
Во время произнесения этой фразы моя фаворитка даже не повернула к нам головы и продолжала рисовать на сенсорной доске эскиз какой-то сложной юбки для своей миниатюрной служанки. Мы же с советницей удивлённо переглянулись, поражённые даже не столько описанным Астрой способом победы, сколько тем обстоятельством, что принцесса Астра, которую никто не воспринимал всерьёз, реально могла стать Императрицей.
– Твоя фаворитка раз за разом заставляет меня краснеть от стыда и чувствовать себя никудышной советницей, – вздохнула герцогиня Катерина. – И как я сама не додумалась до такого варианта? Причём нисколько не сомневаюсь, что Астра не кривит душой – она бы действительно отказалась от трона в твою пользу, Георг.
– Да, она уникальна. Другие рвали бы на себе волосы с досады из-за упущенной возможности. Но в системе жизненных ценностей Астры платье для живой куколки намного важнее несостоявшегося титула Императрицы. Я даже не удивлюсь, если моя фаворитка считает всю предстоящую военную кампанию против чужих таким ничтожным пустяком, на который и внимания обращать не стоит. А возможно, даже имеет свой собственный вариант решения проблемы с чужими, только нам не сообщает, так как мы всё равно не прислушаемся к её советам.
Вообще-то я говорил это в шутку и достаточно тихо, только для своей сестры, а потому удивился и смутился, когда Астра не только услышала, но и ответила мне:
– Так и есть, ваше высочество. Зачем мне забивать голову войной на территориях бывшего Красного Дома, если в итоговой победе кронпринца Георга не сомневается никто, даже чужие. И хотя чужие готовы подписать мирный договор на определённых условиях, но не связываются с нами, так как полагают, что правитель Унатари всё равно откажется. Тут я с ними полностью согласна – зачем моему хозяину соглашаться на часть, если ему по силам взять всё?
– Что?! – этот вопрос мы с Катериной задали одновременно, шокированные признаниями принцессы Астры.
Моя фаворитка наконец-то оторвалась от выкройки и, взяв на руки свою живую куклу, подошла к нам. Поставив эльвиянку на столик, Астра указала на свою служанку:
– Это Маойя, она из расы эльвинов, мы ещё называем их «чужими».