Сантос-Дюмон вместе с братьями Райт, профессором Жуковским, ну и с моими подсказками создали, можно сказать, прототип У-2 или По-2, точно не помню. Во всяком случае, в аэродинамической трубе сделанную Жуковским при Московском университете модель показала отличные результаты, по формулам, которые разработал Николай Егорович.
Для нормального использования самолёта, как его называют с моей подачи в России, оставалось создать нормальный двигатель. Экспериментальные, созданные Тринклером и Костовичем моторы для самолёта пока позволяли поднять в воздух машину на высоту в пятьсот сажень и пролететь пару десятков вёрст. Тот же дирижабль пока имел куда лучшие лётные показатели.
Но, наши изобретатели не отчаивались, а искали новые пути решения поставленной задачи. В этом им очень помогал Великий князь Александр Михайлович. Видимо, запали ему в души мои слова об адмирале Воздушного флота Российской империи.
Во всяком случае, он стал локомотивом, потащившим за собой строительство дирижаблей, самолётов и подошёл к этому вдумчиво. По его мнению, возможность постройки аэропланов далеко не обусловливается наличностью одних только самолётных и даже моторных заводов. Необходима правильная постановка производства сырья специальных сортов и марок, комплектующих, с заранее разработанными способами их обработок.
Базой для изготовления будущего воздушного флота Сандро избрал город Ярославль, который имел прямое железнодорожное сообщение с Москвой, Санкт-Петербургом и солидную производственную, а также образовательную базу из шестидесяти шести учебных заведений с десятью тысячами учащихся. В городе была своя электростанция, более пятидесяти предприятий с пятнадцатью тысячами рабочих, из которых планировалось задействовать две мануфактуры бумажной и льняной тканей, заводы химические, лесопильные, плотничные и колокольный завод для литья необходимых деталей.
Там же великий князь собирался построить завод по изготовлению моторов, самолётов и дирижаблей. На всё это он из своих личных средств выделил сто пятьдесят тысяч рублей, а у Ники выклянчил два миллиона для начала. И вот за столь короткое время первый значительный успех. Дирижабль у нас есть.
— Представляешь, Тимофей Васильевич, Сандро был в числе участников этого беспосадочного перелёта. Если бы ты видел его лицо, когда они приземлились на их причале под Ярославлем! Я его никогда таким счастливым и довольным не видел, — в последнее время император часто в личных беседах сбивался и обращался ко мне на ты.
— Жаль я этого не видел, — улыбнулся я, представив великого князя в парадном маршальском мундире ВВС Советской армии.
— Ещё увидишь, если поедешь на Дальний Восток, — произнёс император и вновь посмотрел мне в глаза.
— Куда же я денусь, Ваше императорское величество, — поднявшись из-за стола, я принял стойку смирно и произнёс:
— Есть, выехать на Дальний Восток.
***
— Итак, господа, да прибудет с нами Бог. Выполняйте свой долг! — этими словами генерал-губернатор Маньчжурии и Квантуна адмирал Алексеев Евгений Иванович закончил совещание, на котором были озвучены приказы для командиров подразделений, которые через три дня — 23 февраля 1904 года начнут наступление на японские войска в Корее. Такое вот интересное совпадение по дате для меня.
Несмотря на потерю флота, японцы, воспользовавшись паузой на ремонт русских кораблей, смогли всё же с большим риском и, неся потери, перебросить свои сухопутные силы в Корею. По данным разведки, которую постоянно проводили казачьи сотни, захватывая языков, в штабе адмирала имелись следующие данные.
Первая японская армия генерала Куроки Тамесада ориентировочно состояла из 30 батальонов пехоты, 9 эскадронов кавалерии и 128 полевых орудий. Также в его распоряжении было три или четыре саперных батальона и около двадцати тысяч носильщиков.
Да-да, весь армейский транспорт японской армии в Кореи состоял из «военных кули», причем было установлено, что три кули должны были везти на своей тележке семь пудов риса. Они получали по 6 сен или 6 копеек по нашему в день, и им выдавалось в сутки на полфунта варёного риса больше, чем рядовому солдату, но без мясной порции. В военный паек кули входил также чай, приготовленный из заваренного в кипяченой воде пережаренного ячменя.
Всего в районе городов Синыйджу, Тюренчен и Ыйджу на левом берегу реки Ялу, сосредоточилось около шестидесяти тысяч японских войск. По сведениям от захваченных в плен языков и по данным, ранее полученных от командира 6-й японской дивизии генерал-лейтенанта Окубо, этими силами намечалось оттеснить русских с реки-границы и открыть путь японским войскам в Южную Маньчжурию.
2-я японская армия генерала Оку Ясуката в составе 36 пехотных батальонов, 14 кавалерийских эскадронов, 3 саперных батальонов, свыше 15 тысяч солдат-кули, 216 полевых орудий находилась в готовности для перехода морем и десантирования на Ляодунский полуостров.