Читаем История большевизма в России от возникновения до захвата власти: 1883—1903—1917. С приложением документов полностью

Большевистский же Военно-революционный комитет, расправившись беспощадно с юнкерами в Петербурге, двинул против Краснова большие силы матросов, пехоты и красногвардейцев. 30 октября под Пулково произошел бой. Казаки потерпели неудачу; пришлось отступить к Гатчине. В Гатчине уже выяснилось полное нежелание со стороны казаков драться с большевиками. Идти против них никто не хотел. Поддержки не было ниоткуда. Армия в лице солдатского состава становилась на сторону большевиков. «Одемократизованная», приученная к политике, отнятая у офицерского состава, доведенная комитетами и комиссарами до революционного «осознания» своих гражданских прав, солдатская армия «сознательно» бросала теперь Временное правительство и «сознательно» переходила на сторону «своего» правительства – советского.

Начались совещания по вопросу о перемирии. Глава правительства и Верховный главнокомандующий, в согласии с мнением окружавших его лиц, решил вступить с большевиками в мирные переговоры, начать которые по политическим соображениям поручили военным. Сам же министр-председатель относительно себя лично решил спросить мнения у политических групп в Петербурге, куда и был послан с этой целью верховный комиссар Станкевич.

Пока у начальства шли совещания, братание казаков с большевистскими войсками и агитация, которую вели большевики, делали свое дело. Возбуждение против Керенского росло. Казаки стали поговаривать о выдаче его большевикам. В обмен на Ленина. Говорилось даже о том, что Керенского надо пристрелить без всякой выдачи.

Видя такое настроение, Верховный главнокомандующий Керенский, только что издавший в начале похода приказ[171] с указанием, что «каждый должен оставаться на своем посту и исполнить свой долг перед истерзанной родиной», бежал из района военных действий на автомобиле 1 ноября и скрылся неизвестно куда…

Ни Ставка, ни армия его больше не видели.

Спустя немного времени в Гатчину вошли отряды большевистских войск. Появились Бронштейн, Муравьев, Дыбенко, Рошаль. Был установлеи мир. Генерала Краснова арестовали, отправили в Петербург, в Смольный, откуда, считаясь с настроением любившего его казачества, немедленно освободили.

Поход на Петербург был ликвидирован. Победа «народных» большевистских войск была широко разрекламирована большевистскими вождями.

Еще 31 октября, захватив радиостанцию Царского Села, Бронштейн-Троцкий отдал приказ радиотелеграммой:

«Ночь с 30 на 31 октября войдет в историю. Попытка Керенского двинуть контрреволюционные войска на столицу революции получила решающий отпор. Керенский отступает, мы наступаем. Солдаты, матросы и рабочие Петрограда показали, что они умеют и хотят с оружием в руках утвердить волю и власть демократии. Буржуазия стремилась изолировать армию революции, Керенский пытался свалить ее силой казачества. И то и другое потерпело жалкое крушение.

Великая идея господства рабочей и крестьянской демократии склонила ряды армии и закалила ее волю. Вся страна отныне убедится, что советская власть не преходящее явление, а несокрушимый факт господства рабочих, солдат и крестьян. Отпор Керенскому есть отпор помещикам, буржуазии, корниловцам. Отпор Керенскому есть утверждение права народа на мирную, свободную жизнь, землю, хлеб и власть. Пулковский отряд своим доблестным ударом закрепляет дело рабочей и крестьянской революции. Возврата к прошлому нет. Впереди еще борьба, препятствия и жертвы. Но путь открыт, и победа обеспечена.

Революционная Россия и советская власть вправе гордиться своим Пулковским отрядом, действующим под командой полковника Вальдена. Вечная память павшим! Слава борцам революции – солдатам и верным народу офицерам! Да здравствует революционная, народная, социалистическая Россия!

Именем Совета народных комиссаров Л. Троцкий.

31 октября 1917 года».

1 ноября после занятия Гатчины и ареста генерала Краснова Троцкий телеграфировал: «Гатчина занята Финляндским полком. Казаки бегут в беспорядке… Керенский бежал в автомобиле».

Из Гатчины большевистские отряды продвинулись затем по железной дороге в сторону Луги и Пскова, откуда подошло несколько эшелонов, согласившихся было сражаться за правительство, но которые при встрече с большевиками переходили на их сторону.

Большевикам оставалось завладеть Ставкой и взять в руки управление армией.

Петербургское восстание нашло отклик в Москве и в провинции. Как только в Москве 25 октября стало известно о происшедшем перевороте, тотчас же собрался Московский Совет рабочих депутатов и постановил поддержать начавшуюся революцию. Рабочие стали занимать важнейшие пункты. Часть гарнизона была на стороне Совета.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
12 Жизнеописаний
12 Жизнеописаний

Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев ваятелей и зодчих. Редакция и вступительная статья А. Дживелегова, А. Эфроса Книга, с которой начинаются изучение истории искусства и художественная критика, написана итальянским живописцем и архитектором XVI века Джорджо Вазари (1511-1574). По содержанию и по форме она давно стала классической. В настоящее издание вошли 12 биографий, посвященные корифеям итальянского искусства. Джотто, Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Тициан, Микеланджело – вот некоторые из художников, чье творчество привлекло внимание писателя. Первое издание на русском языке (М; Л.: Academia) вышло в 1933 году. Для специалистов и всех, кто интересуется историей искусства.  

Джорджо Вазари

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Европейская старинная литература / Образование и наука / Документальное / Древние книги