Читаем История Древнего мира. Том 1. Ранняя Древность полностью

Основатель IV династии парь Снефру совершил большой поход в Эфиопию, полонив 7 тыс. нубийцев и уведя 200 тыс. голов скота; после похода в Ливию он привел в Египет 1100 пленных ливийцев и новые стада скота. На Сипае с азиатскими племенами боролись цари V династии Саху-Ра и Унис, они же предпринимали походы и в Ливию. В номинальном храме Саху-Ра, например, изображены суда, доставляющие в Египет захваченных пленных — азиатов и ливийцев. От него же до нас дошли также первые сведения о путешествии египтян в далекий загадочный Пунт (Приведенное чтение этого названия — условное (в действительности оно звучало, вероятно, как-нибудь вроде «Паване»).), находившийся, возможно, на территории современного Сомали. Тогда еще не был прорыт капал между восточным рукавом Нила и Красным морем, поэтому путешествие должно было начинаться в г. Коптосе и Верхнем Египте, откуда по руслу высохшей реки Вади-Хаммамат египтяне пешком доходили до побережья, а затем на судах отправлялись в Пунт, привозя оттуда благовония, мирру, ладан, золото.

Bоенные походы организовывали и цари VI династии. Пиопи I, второй царь VI династии, воевал с азиатскими племенами уже за пределами Синайского полуострова, причем египетские войска двигались и сушей и морем. Сын Пиопи I, Меренра, ходил в Эфиопию.

Многочисленные надписи, оставленные на месте их деятельности должностными лицами, которых царь направлял в рудники и каменоломни, повествуют об организации этих «мирных» походов, о борьбе со степными скотоводами в пути, о победах над ними, о разработках ископаемых. Медь египтяне по-прежнему добывали в горах Синая, там же добывалась и бирюза. Камень был повсюду, но редкие породы камня доставляли иногда издалека. Лазурит, например, путем многоступенчатого обмена попадал в Египет с территории современного Афганистана. Многочисленные экспедиции снаряжались на восточный берег Средиземного моря за ливанским кедром. Из Нубии привозили черное дерево, слоновую кость, шкуры львов и леопардов, но о нубийском золоте, россыпи которого впоследствии интенсивно разрабатывались египтянами, сведений еще нет. В период Древнего царства египтяне добывали золото в пустыне к востоку от Нильской долины; привозили его и по Красному морю из страны Пунт.

Внутреннее положение государства периода Древнего царства, несмотря на его бесспорную мощь, было, однако, пе безмятежным. Почему-то глубоким мраком окутано время правления III династии — нам хорошо известен только ее родоначальник Джесер. Недостроенная пирамида и разбитые изваяния старшего сына Хеопса, Джедеф-Ра, возможно, свидетельствуют о междоусобной борьбе двух братьев, закончившейся победой Хефрена. Скрыт от нас, по-видимому, драматический конец могущественной IV династии и приход на ее место V династии в лице её основателя Усеркафа.

Восхождение на престол этой династии привело к серьезным идеологическим изменениям, связанным с началом общегосударственного почитания солнечного бога Ра — главного бога Гелиопольского нома, из которого, возможно, и происходила V династия. Теперь в титулатуре царь пе только отождествляется с богом Хором, традиционным покровителем раннединастических египетских царей, но выступает и как сын бога Ра. Каждый царь новой династии возводит в честь бога Ра солнечные храмы с огромным обелиском внутри окруженного оградой двора. При V династии происходят также большие внутриполитические сдвиги, внешним выражением которых стало появление среди высших должностных лиц государства выходцев из знати, не связанной с царем родственными отношениями (что было так типично при предшествующей династии).

Наконец, вся вторая половина Древнего царства — это время незримой, но длительной и упорной борьбы усилившейся номовой администрации против чрезмерного засилья центральной власти за спою политическую и экономическую автономию. Прямых письменных свидетельств этой борьбы нет, да, возможно, и не было, но многое можно попять, если взглянуть хотя бы на погребения ворхнеегипетских номархов периода VI династии. «Наследственные» некрологи номархов той поры обнаружены по всему Верхнему Египту. И мы видим, что гробницы номархов от поколения к поколению становятся все более роскошными, особенно гробницы номархов областей, расположенных вдали от центра — Мемфиса, а гробницы царей — их пирамиды — уже не идут ни в какое сравнение с величественными сооружениями могущественных фараонов IV династии.

Постепенно номы подрывают могущество центральной власти, и царской администрации со временем все более и более приходится идти на уступки их правителям. Происходит перераспределение материальных и людских ресурсов страны в пользу номов, по в ущерб центру. Подрывается экономическое могущество мемфисских царей, ослабевает их политическое влияние.

Вскоре после смерти царя VI династии Пиопи II, который царствовал в Египте почти 100 лет, власть Мемфиса над Египтом становится номинальной. Около 2200 г. до н. э. страна распадается на множество независимых областей — номов. Эпохa Древнего царства завершается.


Литература:

Перейти на страницу:

Все книги серии История Древнего мира

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука