Каждый год я на шесть месяцев выпадал из реальной жизни, чтобы сотворить очередную «нетленку», и все это время с миром – особенно с читательницами – меня связывал только Интернет.
Сдав рукопись в издательство и собираясь в рекламный тур по стране, я выбирал самую крутую из фанаток, например рок-звезду, и она становилась моей спутницей на одну или несколько ночей, составляя компанию в поездке.
Я никогда не соблазнял ни романтических дурочек, видевших во мне только автора с большой буквы – чистого сердцем, честного и благородного человека, – ни наивных простушек, которые отказывались верить в россказни скандальных журналистов. Я старался соответствовать нафантазированному ими образу сентиментального писателя, слегка запутавшегося, одинокого, непонятого. Это наглое надувательство заглушало муки нечистой совести, позволяло хоть ненадолго почувствовать себя героем. Да, обмануть я пытался именно себя.
Чем больше проходило времени, чем активнее пополнялся список моих «побед», тем стремительней убегало от меня счастье. Алкоголь и наркотики расшатывали нервную систему, нарушая душевное равновесие. В минуты просветления я делал попытки вернуться к нормальной жизни, снова стать приличным человеком, встретить новую любовь. Но все было втуне, и однажды, в момент очередного «помрачения», я нарушил собственный зарок насчет романтичных фанаток.
Это была роковая ошибка.
Глава 7
Джессика написала мне на Фейсбуке, я взглянул на фотографию и сразу добавил ее в друзья.
Аватар[9]
может рассказать о многом, вот почему пользователи, знающие, как важно сразу привлечь к себе внимание, очень тщательно выбирают снимок. Я довольно быстро стал экспертом-физиогномистом[10] и даже придумал собственную классификацию, позволявшую мне избегать «неудачных знакомств» и быстро вычислять подходящую «дичь».Я с первого взгляда устанавливал типаж: романтичная, страстная, свободная, забавная, закомплексованная, счастливая, отчаявшаяся, оригиналка, интересная, властная, игривая, соблазнительная, зажатая, разочарованная.
Итак, гордыня затуманила мозг, выпустив на волю глупость и ненасытность.
Фотография Джессики Эванс мгновенно меня зацепила – она была не только невероятно хороша собой, но и ни на кого не похожа. Джессика не пыталась соблазнять, но очаровывала с первого взгляда. Девушка смотрела прямо в объектив, как будто бросала вызов фотографу, чувственные губы были слегка приоткрыты, но в ней не было ни капли вульгарности. Мне показалось, что Джессика хотела понравиться фотографу, и я, как это ни нелепо, приревновал к незнакомцу, получившему в дар ее красоту и застенчивость.
Я мог остановиться: безмятежная красавица определенно была влюблена в другого и потому не соответствовала моим требованиям. Но внутренний голос подсказывал, что нам суждено встретиться.
Я принадлежу к тому типу человеческих особей, которые отказываются верить, что мир подчинен логике, и пытаются разглядеть в мистических пространствах знаки, позволяющие сделать верный выбор. У такого подхода есть слабые стороны, но уж больно заманчивы возможности, которые дарует человеку подобное надмирное могущество.
Если я скажу, что, взглянув на лицо женщины – даже на фотографии! – мгновенно понимаю, сведем ли мы знакомство, подружимся или станем любовниками, вы, вероятно, назовете меня идеалистом, мечтателем, безумцем. Пусть так, но я все-таки отправил Джессике Эванс личное сообщение:
Ответ пришел на следующий день:
Последняя фраза меня зацепила. Возможно, она совсем не так счастлива, как хочет показать? Я поблагодарил Джессику и решил подтолкнуть ее к большей откровенности.
Ее ответ привел меня в замешательство: